Возвращение в Изумрудный лес

Но, несмотря на все угрозы, в эти края по-прежнему стремились охотники, золотоискатели, беглые преступники, а также отчаянные путешественники, рассчитывающие таким образом сократить свой путь через Глендэйл. А значит — Голодные скалы продолжали год за годом собирать богатую кровавую дань.

— Впрочем, все эти опасности подстерегают не только Рейнильду, но и ее преследователей, — мысленно успокоил себя Амадис; однако, получилось не слишком хорошо.

А этих преследователей было много. Уже через час после разговора с крестьянином Амадис наткнулся на рыцарей, устроивших привал в тени отвесного утеса.

Их было около двадцати — и еще примерно сотня оруженосцев и слуг — также на лошадях и при оружии. Они достаточно дружелюбно поприветствовали Амадиса — но никаких полезных для его миссии сведений сообщить не смогли — или не захотели. При этом рыцарь, разумеется, не рассказал охотникам об истинной цели своего путешествия.

Отряды встречались все чаще — большие и маленькие, конные и пешие, прекрасно снаряженные и больше похожие на горстки оборванцев с ножами и дубинами.

Командирам некоторых удавалось договориться между собой и продолжить путь совместно. Другие, напротив, решили заняться дележом еще не полученных наград — на небольшом каменистом плато Амадис стал свидетелем ожесточенной драки между полусотней гномов и куда более многочисленным, но гораздо хуже снаряженным и подготовленным городским ополчением. Порой попадались даже охотники-одиночки.

— Чем они думали, отправляясь на такое дело без товарищей по оружию? — задался вопросом рыцарь.

— А, впрочем, вряд ли они — безумнее меня.

Ветер яростно завывал в ущельях и пробирал до самых костей. Копыта Шторма скользили на мокрых камнях. Амадис огляделся и понял, что уже в третий раз проезжает мимо одного и того же огромного валуна, чем-то напоминающего человеческий череп. Проклятье… Вполне возможно, прямо сейчас, пока он плутает на этом пятачке, Рейнильда, истекая кровью, из последних сил отбивается от врага, окружившего ее со всех сторон.

Интересно, ей приходилось бывать здесь прежде? По идее, воительница должна хорошо ориентироваться в подобных местах — ведь она родилась в Чертоге надежды. И стала первой, кто сумел сбежать из этого проклятого города, который должен был стать величайшим символом процветания и благополучия, а стал самой кошмарной тюрьмой на свете, чудовищным памятником человеческой подлости и жестокости.