Отработка в Брошенном лесу, или Как не влюбиться в своего мужа

Лютик, сплюнув на лапы, поторопился пригладить клок жесткой шерсти между ушей. Газиз загадочно мерцал темным взглядом и лучики морщинок разбегались в стороны от его миндалевидных глаз. Бердо, понятное дело, не замолкая, причитал на смеси своего родного языка с привычными всем словами, вот только понять его было почти невозможно. Яра неосознанно, а может быть, и из-за волнения, вцепилась в ладонь Дана и сжала с такой силой, какой он и не ожидал от хрупкой девушки.

Когда Гера полностью вышла из вишни, кора на ее коже приняла вид своеобразного, весьма откровенного платья.

Она прикрывала грудь, тонкой полоской спускалась к бедрам, оставляя бока открытыми, плотно облегала фигуру почти до колен, а потом неожиданно мягкой тканью ниспадала до земли.

– Вот и свиделись, Бердо.

Искренне улыбнувшись, Гера переливчато засмеялась и протянула руку к старому лешему. Сделала шаг, два и замерла.

Дан не был уверен, обратил ли кто внимание на тонкий бледный шрам на ее ноге, но он заметил и сделал мысленную пометку: хорошо поработал Бердо.

Излечил дриаду, лишь неприятные воспоминания остались.

Геру приняли все сразу и безоговорочно. Она поздоровалась с лешим, обменявшись с ним теплыми объятиями и шепнув на ухо слова благодарности за заботу. Присев, познакомилась с чертятами. Пожала лапу важному Казе, не задумываясь, почесала Лютика за ухом. Выслушала витиеватые комплименты от Газиза, улыбнулась на ворчание пришедших кикимор. А затем замерла напротив пары.

Чуть прищурившись, посмотрела на Дана, отмечая, насколько тот выше подруги.

Сильный, с волевым лицом, цепким взглядом и явно замашками собственника, судя по тому, как он обнимал Ярославу.

Гера скользнула взглядом от мужской макушки до мысков немного потрепанных сапог и, прищурившись, подняла взгляд, чтобы посмотреть в глаза случайного мужа своей самой близкой подруги.

– Если ты осмелишься обидеть ее. Причинить вред. Предать. Я тебе обещаю, ты останешься навечно жить в Брошенном лесу. Слово дриады.

Дан на мгновение тоже прищурил глаза и Гера с легкостью распознала бурю эмоций, скрытых ресницами. Но, вопреки ее ожиданиям, мужские губы вдруг дрогнули, а затем маг, запрокинув голову, легко рассмеялся. Дриада недоуменно смотрела на веселящегося мужчину, не в силах понять, что в ее клятве он посчитал настолько смешным.

– Я так понимаю, в лесу, в случае плохого поведения, мне предстоит остаться удобрением? – чуть успокоившись, уточнил Дан у дриады.