Отработка в Брошенном лесу, или Как не влюбиться в своего мужа

– Слушай, Данушка, ну что ты начинаешь, мы же все взрослые здесь, понимаем, что это может быть опасно, но все же у нас у всех есть за что мстить магам академии и их студентам! – Белла спрыгнула с плеча мужчины и, уперев лапы в бока, смотрела на своего горячо любимого Дана.

– Да? А если с вами там что-то случится, что нам с Ярой потом делать? Мы даже не сможем помочь и прикрыть магией. Да и Гера в академии бессильна. Об этом вы подумали?

На такой вопрос ответить нечисти было нечего. Они прекрасно понимали, что Дан прав и не зря беспокоится о них.

Но желание хоть немного усложнить жизнь магам не отпускало.

– А если… – Бальтазар на мгновение запнулся и продолжил более уверенно, – если с ними отправимся мы в виде волков, это вас устроит?

– Ничего себе, волки на охране. Дан, без вариантов, мужик, пойдем! – Лють воинственно сжал кулаки.

– И не забывай, что у нас, в отличие от вас, магов, еще остались наши силы, – Абу тоже решил принять участие в разговоре, – и сейчас мы многим сильнее студентов и учителей.

– Это все, конечно, так, – Яра тоже не была в восторге от этой идеи, – но не забывайте, что вас намного меньше, чем обитателей академии. И даже не имея ни капли магии, они с вами могут справиться только из-за численного перевеса.

Ее слова немного остудили пыл отряда мстителей. Кто-то досадливо крякнул, кто-то зло сплюнул на траву, другие крепко задумались, пока Белла осторожно не уточнила:

– А если мы устроим эти… как они… ди-вер-сии?

Мысль была не лишена смысла и тут же за столом снова вспыхнул спор.

Одни отстаивали право на веселье (черти), кто-то утверждал, что им есть за что поквитаться с магами (джинны), кое-кто верещал о выбитом зубе (тут даже имен не требуется), а некто тихим голосом мечтал о посещении лабораторий академии:

– Думаю, там можно найти много учебников и ингредиентов, это было бы весьма кстати, ведь мои эксперименты требуют ресурсов и знаний.

Дан же пытался объяснить, что даже для диверсий нужен нормальный план и знание академии изнутри, а этим никто из них не мог похвастаться.

Спор ходил по кругу до тех пор, пока над головами собравшихся не прозвучал насмешливый голос:

– М-да, детки, смотрю на вас и думаю, когда же вы обратите внимание на меня. Но, видимо, не дождусь.

На ветке кедра сидел, свесив ногу, весьма себе колоритный персонаж.

Худощавый мужчина в черной рубашке с расстегнутым воротником, зачесанными назад волосами, открывающими высокий лоб.