Нужна ли пенсия коту?

Говорят, обратно в Украину умотали. Бабка, мать Петра Чернавы, вроде как померла, хата освободилась. А то ж она сноху-то, супружницу Петьки, да дочь ихнюю, Оксанку, поедом ела, житья не давала, почему они и уехали от неё подальше. А теперича в хоромах-то бабкиных благодать! Заживут, сердешные...»

После окончания школы я решил пойти учиться в медицинский. Провалил экзамены. Год проработал в больнице санитаром — не то, чтобы уж очень хотел стать доктором, просто институт медицинский находился рядом с моим домом. А на следующее лето началась война.

.. Великая Отечественная. Мне восемнадцать как раз исполнилось. В общем, мобилизовали меня на фронт.

В сентябре наш батальон попал в окружение. Мы разбились по одному и цепочкой пробирались по лесу, пытаясь прорваться к своим. Один боец среди нас был из местных. Он так сказал:

— Не может у этих гадов получиться окружить нас плотным кольцом. Болото тут большое на востоке, как раз впритык к дубраве этой примыкает. Лесов гитлеровцы бояться, каждого куста сторонятся, а уж в болото и тем более ногой не ступят.

Нам надо через это болото перейти во что бы то ни стало. Они там нас никак не ждут, потому как это болото недаром зовётся Мёртвым. Через него мало кто сумеет пройти.

— А ты батальон провести через него сможешь? — спрашивает командир.

— Не знаю, — честно парень отвечает. — Ходили раз с отцом, надо было матери врача из города вызвать. По объездной дороге времени много ушло бы, напрямки быстрее. Вот он и пошёл через болото. Я мальцом ещё был, так он мне велел около леса оставаться, один пошёл.

Сумел. И вернуться у него получилось. А если бы не вернулся к вечеру, я бы один домой пошёл... Хороший был у меня папка... Добровольцем на фронт записался. В первом же бою погиб, мать письмо мне прислала сюда...

— Отставить сопли, боец. Твой отец героем был. Сейчас твой черёд подвиг вершить. Первым пойдёшь, батальон поведёшь, — командир хлопнул парня того по плечу. — Обязан вывести, слышишь?

А боец этот сам — пацан пацаном... Я вот прям спиной чую — не выведет он нас, сгинем мы все на этом болоте, как овцы глупые, сгинем! Оглядываюсь и вижу: все это понимают.

Глаза опустили в землю, молчат, а жизнь у каждого перед глазами пробегает.

Боже, как же умирать-то не хочется! Но идти придётся. Потому что в дубовом лесу, в окружении, мы тоже долго не протянем. Жёлуди, вроде, можно есть, грибы. Но в чём готовить? У нас ни котелков, ни кастрюль. Да и спички на исходе. В общем, надо выбираться отсюда, чтобы с голоду не сдохнуть.