Шелест золотых крыльев

Удручённо кивнув, я едва слышно прошептал:

- Да…

- А теперь, стало быть, раскаялся? – старуха хитро сощурилась, ощупывая меня пытливым взглядом. Её иссушённые кисти, обтянутые сетью вздувшихся вен, машинально поглаживали лежащие на столе крылья. – А не поздно?

- Нет… Не знаю… - прошептал, ощущая гнетущую боль в груди. – Её ведь не было дома, когда я вернулся… Может ушла? Помогите мне её найти… Прошу.

Старуха хмыкнула, резко встав из-за стола. Висящие под потолком пучки сухих трав угрожающе зашатались.

- Думаешь, жива ещё? Кхм…- знахарка сплюнула на пол, затем задумчиво посмотрела на медленно растекающуюся слюну.

– У Морены твоя Велена. Извини. Такие, как она, сами к ней приходят, когда час пробьёт.

- Неужели всё? – мой голос дрогнул и поник от осознания бесповоротности приговора.

На несколько долгих минут в избушке знахарки воцарилось молчание.

- Нет. – сказала наконец старуха. – Не всё.

Бугристый палец старухи вновь прикоснулся к крыльям, взъерошив белоснежное оперение.

- Из-за тебя часть её здесь осталась.

А без этого, не знаю, примет ли Морена как равную…

Не обращая внимания на надежду, робко скользнувшую в моём взгляде, старуха тяжело вздохнула.

- Хоть и вряд ли что выйдет, да можешь попробовать поторговаться. Предложить что-то вместо любимой, а ей самой крылья вернуть. Но идти, коль рискнёшь, нужно будет сегодня же ночью. Готов?

Я поколебался, но затем кивнул.

- А разве можно...?

- Можно, — отрезала знахарка, шаря на заваленной снадобьями полке. - Морена хоть и не признаётся, да храбрых любит.

А уж коль решишься к смерти идти добровольно, так ты и есть храбрец. Или дурак.

Глухо стукнул о поверхность стола маленький глиняный горшочек.

- На вот, держи. Как дойдешь по реке до излучины, выпей и зайди в воду. Дальше иди по течению. Не знаю, что тебя там ждёт, но старайся идти на восток всё время.

Старуха кашлянула и невесело улыбнулась.

- И Хорсу угощение какое-то возьми. Пригодится, думаю…

***

Пусть и не сразу, но солнце помогло согреться. Выпрямившись, я осмотрелся по сторонам.

Позади осталась тёмно-зелёная топь, покрытая россыпью невысоких кочек. А спереди возвышался высокий скалистый холм, за которым всходило солнце. Недалеко от меня по каменистой почве петляла тропинка, ведущая на вершину.

Вздохнув, зашагал вперёд. Чутьё подсказывало, что идти осталось недолго.

-Ай…

Острые камни больно врезались в ноги. Сапоги остались в болоте, и тропинка за моей спиной переливалась капельками крови, сочащимися из истерзанных подошв.