Я подарю тебе тьму

Мы некоторое время молчим и сердито сопим, глядя друг на друга. Потом я вздыхаю, встаю, беру тарелку и кладу магу оладьи. Ставлю перед ним. Наполняю розетку свежим вареньем. Наливаю еще горячий чай, достав большую синюю чашку из настенного шкафчика — совсем как делала это Арвета полчаса назад.

— Может, вы хоть объясните наконец, что за чертовщина со мной творится со вчерашнего дня?

Льерен забрасывает в рот оладью, тяжело вздыхает и говорит, словно не мне, а куда-то в пространство:

— Темный маг, рожденный в ночь Черной луны, иногда получает проклятие.

У каждого оно свое. Путь, чтобы снять это проклятие и не стать проблемой для окружающих, только один: пойти в Туманный лес и найти девушку из другого мира, которую на одну ночь выбрасывает в Холлин. Там ее надо поцеловать…

— Черт! — от души ругаюсь я. Льерен косится на меня и усмехается. — То есть, если бы вы меня не поймали и не поцеловали, то я бы преспокойно вернулась домой?

— Если бы дожила до рассвета, — хмыкает маг. — Гарраков и прочих кровожадных тварей в Туманном лесу много, а вкусная двуногая, да еще и беззащитная пища в лес забредает редко.

Я бы дал тебе максимум час.

У меня по спине пробегает холод. Да, легко, получается, отделалась.

— И что дальше? — возвращаюсь я к нашим баранам.

— После поцелуя связь между магом и девушкой устанавливается и до полного ее закрепления ее надо поддерживать.

— А как закрепить эту связь? — почти миролюбиво интересуюсь я, подождав, пока маг проглотит еще несколько оладий.

Льерен отводит глаза.

— Закрепить можно только браком. Добровольным. Если жрец проведет обряд, то проклятие с меня спадет.

— Но я не хочу за вас замуж, — резонно замечаю я.

Я вижу, как глаза мага на секунду вспыхивают. Однако он лишь пожимает плечами.

— Ну не хочешь, и не надо. Можем развестись потом.

— То есть брак будет фиктивный? — уточняю я.

— Да, — слишком поспешно отвечает Льерен. — Так по рукам?

— Не так скоро, — осаживаю его я. — Мне надо подумать.

— У тебя есть целый месяц, — усмехается маг. — Обряд смогут провести только в последний день осени.

Я задумываюсь. Вообще-то я не на это рассчитывала в жизни. Уж точно не на брак, пусть даже фиктивный, со стремным сумасшедшим магом, внутри которого тикающая бомба с часовым механизмом.

— А вы за месяц, ну, не рванете? — с опаской спрашиваю я Льерена.

— Не рвану, — улыбается он. — То есть от этого не взорвусь.

— А отчего-то другого можете?

— Ну, мало ли у меня опасного в работе.

А вот с этого момента поподробнее.