Санклиты 2-3. Охотница. Ангел-Губитель

Может, паранойя всему виной из-за чехарды с тенями, мысли о которых загонялись мной в самый дальний ящик подсознания, который скоро, кстати, будет размером с Исаакиевский собор?

Взгляд уперся в трехэтажное заброшенное здание. Днем оно добавляло мрачную готическую нотку мистическому колориту вида из квартиры. Сейчас дом словно пялился на меня черными глазницами окон, подозрительно следил за каждым шагом, выжидая удачного момента для…

Для чего? Наброситься и укусить?

Я подавила смех. Крыша едет не спеша, тихо шифером шурша! Хотя, если быть точной, она давно уже улетела со свистом.

Не только Драган сходит с ума из-за Закона крови. Посадят нас с ним когда-нибудь в одной психушке на веки вечные.

По коже колючим морозцем пробежал озноб. А ведь это вовсе не смешно! Как и то, что в одном из окон что-то промелькнуло. Или показалось? Подскажите кто-нибудь, как отличить, учитывая то, что происходит с новой Саяной в последнее время, реальность от теней, игры воображения и банального обмана зрения?

Сходить проверить, что ли? Я фыркнула, но нелепая идея не отпускала.

Что со мной, неуязвимой санклиткой, может случиться? А так хоть от подозрений избавлюсь. Это, конечно, слегка экстравагантный поступок, если не сказать честно – идиотский. Хотя новая Саяна уже не вляпается в очередную беду, как та, которую Горану пришлось вытаскивать со скалы. А, да пошло оно все! Лучше сделать и жалеть, как говорится.

Я быстро надела перевязь с кинжалом – мало ли что, затем джинсы и рубашку, бросила взгляд на Алекса – спит, как ребенок, и спустилась в гостиную.

Шнурки на кроссовках удалось завязать только с третьего раза – руки дрожали так, словно решили потанцевать. Я накинула куртку, подхватила связку ключей, смартфон, и выскользнула из дома в ночь.

Темную тишину разбавлял монотонный гул города, для которого остановиться значит умереть, как для акулы. Ветер лениво шелестел в кронах спящих деревьев. Пахло приближающейся осенью – мокрыми листьями с едва уловимой ноткой гнильцы.

В доме не горело ни одного окна. Все нормальные люди спали.

А я не люди, я шмель!

Вздернув нос и застегнув куртку – было довольно холодно, мне удалось сделать вид, что важное неотложное дело ждет за углом, и зашагать к заброшенному дому.

Он еще не стал развалинами, но все, что представляло хоть какую-то ценность, из него уже растащили. Фонарик на телефоне высветил обшарпанные стены, похабные надписи и битый кирпич вперемешку с мусором под ногами.