Мой ветер перемен. Часть 2. Если любишь — солги

На обёртке фирмы «Эрши» румяная малышка с наслаждением вгрызалась в огромную плитку шоколада. Губы и щёки её были измазаны коричневым. От одного взгляда на эти щёки меня замутило.

Фалько нахмурился, потом кивнул.

— Может, и к лучшему.

Cшуршанием вскрыл обёртку, отломил пару долек, бросил в рот, сделал глоток из фляжки. Сказал с оттенком шального веселья:

— Пожалуй, здесь спёртый воздух. Не хочешь полетать?

Стало жутко. Язык прилип к гортани.

— Что... что ты собираешься делать?

— Прыгну вниз, само собой.

Сейчас проделаю дыру в обшивке...

— Не шути так!

— Прости, — весёлость ушла из его голоса. — Но нам действительно пора.

Он заставил меня сесть, рассовал по карманам шоколад, фляжку, погасил фонарик. Будто коршун закрыл глаза чёрным крылом. Хотелось закричать, содрать с век пелену мрака, выбраться из этой гудящей душегубки.

— Сейчас тебе надо очень хорошо приготовиться...

— Но мы же в воздухе!

Истерические нотки — как ногтем по стеклу. И пускай. Я устала быть сдержанной, рассудительной и хладнокровной.

Все страхи и потрясения последних двух дней свились в тугой клубок тьмы. Она распирала грудь и рвалась наружу, желая, нет, жаждя соединиться с тьмой вокруг.

— Мы разобьёмся!

— Верити...

Его руки на плечах, как оковы. Плен. Пытка. Тюрьма.

— Пусти! Оставь меня в покое! Я больше не могу!

Руки разжались, но облегчения это не принесло: теперь, кроме мрака и пустоты, вокруг не было ничего. Потом мрак заговорил — низким, сипловатым голосом, похожим и не похожим на голос Фалько.

От его слов, стылых и тяжких, по телу побежали мурашки.

— Хорошо, — сказал мрак. — Оставайся. Долетишь до грузового терминала Карассисов. Дальше — твоё дело. А я схожу.

Это Фалько, напомнила я себе. Человек, а не воплощённая тьма.

— Не притворяйся. Ты всё равно меня заберёшь.

— Верно, — согласился он, — заберу. Но на этот раз полёт будет долгим. Если не подготовишься, можешь задохнуться. Я тебя откачаю, но организм пострадает от гипоксии.

Так что выбирай. Три секунды! Или пропустим место.

Он вдруг подхватил меня на руки — я только ахнуть успела.

— Вдохни глубоко, так глубоко, как сможешь. И помни: я не дам тебе упасть.

Глава 2. Вершина мира

Потом я долго лежала на траве, прохладной и густой, теребила пальцами жёсткие стебельки и глядела в зеленоватое вечернее небо, распахнутое над горами. Лиловые вершины в сахарной пудре снегов уходили к горизонту, теряясь в сероватой дымке.