Её чудовище

Я чувствовала плечом тепло его тела, почти касалась его бока и мечтала поменяться с ведьмой местами.

— Экспериментирует? — хмуро переспросил Бэйс. — Что вы хотите этим сказать?

Барон улыбнулся. Он ждал, когда выдержка откажет командору и тот хоть как-то выдаст свой страх перед Высшим. И чем дольше Бэйс держался, тем веселее становился Барон — уж он-то знал цену людской смелости.

Валяющийся без сознания в приемной секретарь командора был явным подтверждением того, что храбрость не являлась отличительной чертой городских стражей.

— Это проклятие использовалось в войнах в эпоху Раненого мира. Последователи Мертвого Бога хорошо умели обращаться с ним — города уничтожались за ночь, и все проклятые после смерти вставали в ряды армии Мертвого Бога. Тот, кто узнал детали ритуала, несомненно обладает силой, но не имеет знаний для правильного использования проклятия. Вас ждет много смертей, но не думаю, что вымрет все население.

В кабинете повисла тяжелая тишина. Бэйс пытался понять, как могла проникнуть подобная дрянь в его город, мы с Улисой просто пытались понять, как жить дальше и что делать.

— Вы же спасли меня, — голос капитана дрогнул, но он сумел справиться с эмоциями и продолжить: — Сняли проклятие, значит, его можно побороть?

— Да… это, — Барон хмыкнул и почему-то покосился на меня. — Проклятие я снял, но спасать твою жизнь в мои планы не входило. Ты спас себя сам, твой дар оказался достаточно сильным. Стихии никогда не бросали в беде тех, кого признали.

— Это что значит? — с подозрением спросила я.

Все ждали пояснений.

Барон поморщился и негромко пробормотал в ответ на пытливые взгляды:

— Что мешает мне просто съесть вас всех сейчас и не оправдываться?

— Вероятно, что-то мешает, раз до сих пор не съели, — храбро заметила я. Уж кому, как не его главному блюду, высказываться по подобным вопросам…

— Ты хотела его вылечить, я «вылечил» его для тебя. О том, что он переживет ночь, речи не шло.

Я не то чтобы удивилась, узнав, что полностью справиться с проклятием не может даже Высший, просто странно было понимать, что появилась в городе беда страшнее Барона. И смертоноснее.

Капитану просто повезло, он был крепок и любим стихией огня, только это помогло ему выжить после избавления от проклятия. Он был сильным магом.

У мага слабее или простого человека, насколько выносливым он бы ни был, шансов выжить даже после снятия проклятия почти не было.