Ты дышишь солнцем

Как-то читал, что в таких случаях часто пробуждаются практически все наследия семьи. Учиться легилименции для меня было достаточно просто.

— Я беспокоюсь, как бы тебя не попытались вывести из строя, — призналась Татьяна.

— Я очень осторожен, — ответил ей Том.

Уже через полторы недели все было готово к ритуалу. Проводили его с субботы на воскресенье, в пустующем доме. Алексей выглядел неважно, отчего Антонин был крайне обеспокоен. Натали и Татьяна не видели, в каком состоянии их отец, а Тони провел с ним все это время.

Он понимал, что времени оставалось немного.

Сложные символы буквально оплетали комнату, их выписывали несколько дней, а некое подобие пентаграммы на полу заливали кровью животных в течении пары часов. В воздухе отчетливо пахло смертью и страхом. Даже Тома заметно передергивало. Становилось понятно, по какой причине такие ритуалы называли темными. Слишком много крови и смертельного ужаса.

Читать заклинания, стоя босиком на каменном полу, чувствуя липкую кровь под ступнями, задавать вопросы и слышать слабые ответы Алексея было странно.

И сила. Том буквально кожей ощущал магию, она словно пульсировала в воздухе, пьяня и пугая. А потом в круг вошла жертва. Мужчина лет пятидесяти, уже седой. Том посильнее сжал в руке нож. Убить человека оказалось сложнее, чем ему казалось. Особенно так, не заклинанием, не чужими руками, а самому…

Ему казалось, что этот запах будет преследовать его повсюду: крови, смерти, благовоний, отвратительно пахнущие зелья...

Он стоял под душем не меньше часа и довольно долгое время смотрел на розовые дорожки крови.

Не его крови. И от этого было так гадостно на душе. Он мылся самой жесткой мочалкой, но ему все равно казалось, что сегодняшняя ночь впиталась в его кожу.

Когда он вышел из комнаты, Тони сидел в кресле с бокалом в руке.

— Спасибо, — голос Долохова чуть дрожал. — Я никогда не забуду, что ты сделал для нас.

— Я никогда не думал, что это окажется так сложно, — устало признался Том, отхлебнув виски прямо из бутылки. — Когда читаешь описание ритуала, не задумываешься о том, каково это.

Том опять поморщился. Хлюпающая под ногами кровь, дым трав, собственное ощущение силы и та беспомощность, когда он понял, что пришло время убить… Он тряхнул головой, прогоняя эти картинки. Захотелось вернуться в душ, хотя кожа уже буквально горела. Еще один глоток обжигающего напитка. Сейчас бы обливейт… но не с его защитой разума — все равно вспомнит. Он глотнул еще, чувствуя, как немного опьянел.