Инифинт

Обычно после первых же нот она растворялась в своем исполнении настолько, что если бы рядом вдруг началась стрельба или с небес слетели бы ангелы, — она заметила бы это не сразу. Но, не проникнувшись словами песни, она, отстранённо контролируя звучание собственного голоса, — как если бы механически воспроизводила мелодию на флейте, — подобно раздувающему щёки уличному музыканту, выводящему жалобную «И сир я, и беден» и в то же время видящему летящие в его шляпу монеты, — одновременно могла наблюдать за происходящим вокруг неё.

А происходило нечто странное. Лица слушателей выражали непонимание и недоумение. В зале появился шум: кто-то смеялся, кто-то свистел, кто-то стал пробираться к выходу… До девушки долетали негодующие возгласы об оскорблении Её Королевского Величества…

— Занавес! — вдруг закричал кто-то. — Опустите занавес!

Тяжёлые бархатные шторы скрыли сцену от зала, и тут же к артистам бросились вооруженные стражники. Испуганной Олеане не дали даже снять грим и переодеться. С головы её один из стражников сорвал белокурый парик, открыв её собственные, русые, тут же рассыпавшиеся по плечам волосы.

Мрачное здание с решётками на окнах встретило Олеану. По длинным коридорам с глухими дверями её привели в каменную каморку и заперли. Олеана старалась объяснить себе происходящее, но понимала только одно: домой она сегодня не вернётся, и мама сойдёт с ума от волнения.

Девушка прилегла на железную койку… Может быть, то, что она пела, нельзя было петь? Она вспоминала слова песни: «Место женщин — у печи, им лучше делать калачи, а подписывать законы — привилегия мужчин…» Неужели кто-то мог усмотреть в этой фразе оскорбительный намёк на Её Королевское Величество? Это же шуточная песня!.. Из-за чего поднялся такой шум в зале? Почему её схватили?.. Олеана долго строила догадки, но не нашла ответа и, наконец, уснула, — прямо в голубом концертном платье и с остатками грима на лице.

Утром стражники разбудили её. На встревоженные вопросы и просьбы объяснить, что случилось, они не отвечали. Её привели в большой кабинет с деревянным столом, за которым сидел усатый, похожий на кота мужчина. Он был одет строго и официально. Два стражника встали у дверей. Олеану усадили посередине кабинета на железный стул, ножки которого были привинчены к полу.