Инифинт

Королева видела, что принц будет скорее мешать, чем помогать ей в управлении сложнейшим организмом под названием «Вэтландия», что он не привык заниматься государственными делами, и если бы ему пришлось заменить её, в стране начался бы разброд и разруха, а министры бы разбежались. Это угнетало Ильчиэллу, вызывая справедливое сомнение: «А стоит ли?..»

Если бы ещё королева испытывала к принцу что-нибудь, помимо дружеской теплоты и участия! Но Лоуленвиль был не в её вкусе, и даже мысль о поцелуе во время свадебной церемонии была ей неприятна…

Вот и в тот день, когда сестра герцога Ч* прибыла во дворец с визитом, Ильчиэлла одна сидела в своем кабинете, составляя важный государственный документ, а принц плавал на гондоле по пруду.

Изумлению королевы не было предела. Первым желанием её было запретить впускать карету герцогини в дворцовые ворота. Но поразмыслив и поняв, что официального объявления войны не было, а значит, следовало поддерживать хотя бы видимость хороших отношений, она, пригласив придворных дам, советников и Фарли, приняла гостью в тронном зале.

Изящная, тонкая, в облегающем стройную фигуру чёрном бархатном платье и высокой шляпке, Энель была весьма мила и почтительна.

— Никакой особенной цели моего визита нет. Единственным моим желанием было познакомиться с Вашим Величеством. О красоте вашей, мудрости и справедливости идёт молва по всей Люберии…

Она говорила по-вэтландски с легким, придававшим ей особый шарм акцентом.

— Мне очень приятно видеть вас в своем дворце, — отвечала королева.

— Право, жаль, что вы не предуведомили меня о своём визите: я с головой погружена в неотложные дела и не смогу уделить вам достаточно времени. Вас займут мои придворные, а мы с вами увидимся за ужином…

Гостья, в сопровождении королевской свиты, отправилась на прогулку в парк, а Её Величество вернулась в кабинет…

…Едва увидев красавицу Энель, королева поняла, о какой женщине говорил Вильд во время встречи в тюрьме…

Забыть своего фаворита Ильчиэлла не смогла до сих пор, хотя никто и не знал об этом.

Днём жизнь Её Величества была переполнена людьми и проблемами, занимавшими мысли, — но едва королева оставалась в опочивальне одна и хотела уснуть, большие глаза Вильда, его полуулыбка, его совершенное тело, вьющиеся по широким плечам кудри — все это моментально всплывало в памяти; она садилась на кровати, обняв колени, и часами, беззвучно плача, смотрела в темноту.

Приезд Энель привёл королеву в смятение.