Апельсиновый вереск. По ту сторону Ареморики

Ее внешность совершенно не подходила ее дурному характеру. Она забавлялась, и только Хагалаза и Филберта резкие слова никогда не задевали.

— Аврелия, — необычайно мягко произнес Хагалаз, — единственное, чего я боюсь, это то, что ты никогда не закроешь свой очаровательный ротик. Что до девчонки, — он снова воскресил в памяти ее полный решимости взгляд, — я верю в нее. Она справится.

— А если не справится, будем вместе отскребать ее останки от земли?

Йера недовольно каркнул и опустился на плечо Аврелии. Она зашипела, но скидывать ворона не стала.

— И в чем я не права? — возмутилась она. Йера издал утробный звук. — Ты тоже согласен с Хагалазом? — спросила она Филберта.

Мужчина вытянул руку, и Йера вернулся на плечо к своему хозяину.

— Просто восхитительно, — улыбнулась она. — Хорошо, я понаблюдаю за ней.

Хэлла поднялась, в ее руке засверкала хрустальная фигурка коня. Хагалаз не подал своего удивления, но уставился на нее подозрительным взглядом. Откуда у Аврелии фигура истины? Этот волшебный артефакт очень мощный, а найти его практически невозможно.

Женщина достала из-под стола свернутую карту империи и разложила ее на столе. Окинув ее быстрым взглядом, она нашла Коэтру. Фигурка была водружена на схематическое изображение дворца. Стоило коню коснуться карты, как внутри него начал белеть дым.

У Хагалаза возникло дурное предчувствие.

— Ты заговорила фигуру?

— Пока Авалона давала клятву, — кивнула Аврелия.

— С ума сошла? — он медленно встал со стола и подошел ближе.

— Успокойся. Ничего страшного не случится. Просто нам теперь будет известно где она находиться и жива ли.

— Еще ты забыла упомянуть, что стоит разбить ее, и Авалона умрет! Пресвятая Морриган, зачем ты это сделала?

— Никси что-то скрывают, — ее голос стал подозрительно спокойным. Хэлла не отрывала взгляд от фигуры. — Чиста сердцем и душой? Слишком обтекаемая формулировка.

— Твоя подозрительность и ненависть не знает границ! — продолжал бушевать Хагалаз.

Филберт склонил голову к правому плечу, а Йера, удобно расположившийся на левом, пару раз щелкнул клювом.

— Да, Фил, на фейри фигуры истины не действуют. Убить этих тварей не так просто, — выплюнул Хагалаз. — Зато людей легко.

Он сложил руки на груди, гневно уставившись на всадника. Филберт даже не улыбнулся, его взгляд был замутнен.