Апельсиновый вереск. По ту сторону Ареморики

— Не смог смириться и с позором сбежал в другую страну, Моруй? Глупец, куда бы ты не пошел, твоя беспомощность и отвратительная слабость будет преследовать тебя до скончания веков.

Кевин будто бы прирос к полу. Его взгляд, совершенно бездумный, был направлен вперед. Авалона смотрела на Кевина, который еще мгновение назад утверждал, что они способны на большее, и не узнавала. В его глазах промелькнул ужас. Всем своим видом он выражал принятие и бездействие. И Авалону это начало утомлять.

Она вышла вперед, закрывая Кевина спиной.

— Со мной, — мужчина взглянул на нее, как на помеху, — говорите со мной. Вы не имеете права оскорблять моего воина. При всем уважении, Кевин де Хэльд всадник отряда Авалоны Кэрролл. Если у вас есть вопросы, можете задать их мне.

Мужчина недовольно дернул губой.

— Эта женщина, дьерд? Ты пал даже ниже, чем я считал, Моруй. Ты находишься под властью глупой женщины.

— За языком следи, урод.

Чей голос Авалона не ожидала услышать, так это голос Фонзи. Он был зол не многим меньше, чем она.

Лицо покраснело, руки сжались в кулаки. Еще немного и он бы бросился на представителя западного государства, если бы Иэн крепко не держал его за плечо.

— Остынь, — тихо сказал он. — Нам не нужны международные конфликты.

— Неужели? — оскалился иноземец. — Ваш щенок только что меня оскорбил. По-моему, это тянет на международный конфликт.

— Что здесь происходит?

С того конца коридора, откуда появилась делегация, к ним спешил хьенд Хагалаз Кадоган. Авалона хорошо научилась распознавать настроение учителя еще в Часовых Городках.

Сейчас он был невероятно зол. Она сделала полшага назад, но тут же остановилась, понимая, что не может развернуться и сбежать. Во-первых, бежать тут особо некуда. Во-вторых, далеко все равно не убежишь. И в-третьих, Хагалаз в любом случае догонит ее и убьет. Пришлось вдохнуть заряженный гневом воздух, выдохнуть и встретить появление хьенда со своей привычной отрешенностью.

Иноземец повел плечом, будто сгоняя надоевшую муху.

— Держите в узде ваших шавок, — неприятным голосом произнес он, — они имеют привычку распускать длинный язык.

Хагалаз вперился взглядом в Авалону. Конечно, кто же еще мог нахамить представителю другого государства? Его требовательный взгляд не впечатлил хэллу. Она гордо вздернула подбородок.

— Я не потерплю оскорблений в адрес своего отряда…

— Помолчите, дьерд.

Авалона закрыла рот, с бессильной злостью взирая на Хагалаза. Несправедливо. Она всего лишь пыталась защитить их. Ее всадников.