Апельсиновый вереск. По ту сторону Ареморики

Он был болезненным. Этери думала, что Элфи всего лишь странный и чудной парень, но когда они перенеслись в Ареморику, она осознала с каким опасным существом ей приходиться иметь дело. Злость и страх вперемешку потекли по ее венам.

Она не доверяет Элфи. Какой он на самом деле? Похититель, что пытался забрать ее мать? Убийца, пытавшийся свернуть ей шею? Шантажист и лжец? Элфи де Флуа был всем этим и даже больше…

Этери оттолкнулась от стены, подходя к решетке. Дернула прутья. Хоть они и выглядели хлипкими, сбежать отсюда не получится.

Этери ненавидела себя за слабость. За то, что сдалась, даже не попробовав. Ее душило отчаяние, грудь сдавило. Она не хотела здесь находиться, не хотела провести всю жизнь в заточении, зная, что больше никогда не увидит рассвет.

Она не хотела умирать.

Впервые Этери Фэрнсби сползла вниз, бездумно уставившись на толстые каменные стены, и тихо произнесла:

— Я понимаю, почему ты сбежала, мама.

Лилит не было рядом с ней, но Этери знала, что она бы жестко усмехнулась и покачала головой, как бы говоря: нет, ничего ты не знаешь, неразумное дитя.

Мать Этери никогда ничего не боялась. Она воспитывала дочь в строгости, запрещая проявлять сильные эмоции. И даже если девушка не познала истинной материнской ласки и любви, она все равно была благодарна Лилит за все.

Этери просидела около решетки долго. Дождь все не прекращался. Она ощущала внутреннее опустошение и безразличие ко всему. Потянувшись к карману сарафана, она достала свернутый помятый лист пергамента.

Зачем она сохранила эту бумажку? Этери улыбнулась. На губах появилась горечь.

Тот взгляд, пробирающий до костей, и чарующий голос…

Девушка сжала бумагу в кулаке. В том взгляде, обращенному к ней, клубилась дымка презрения. Так зачем же он потом пожалел Чужестранку? Как она успела выяснить, большинство пленных умирали от голода, ведь заключенных здесь не кормили. Всадник не дал ей умереть, но зато будет безучастно наблюдать за ее казнью.

Отвратительное двуличие.

Хотя следовало уже уяснить главное правило: В Ареморике каждый сражается сам за себя…

Жуткий грохот заставил Этери нахмуриться и повернуть голову в сторону шума. Прутья под ее спиной содрогались от каждого шага. Наконец-то за ней пришли. Вот только это оказались не те всадники, которых она ждала.

Она медленно встала на ноги, не сводя разъяренного взгляда с ухмыляющегося лица Элфи.

— Пошевеливайся! — крикнул он кому-то.

Этери не видела никого кроме альва.