Ведьмы не сдаются!

— Не переживай, — сказал укротитель жизнерадостно. — Вдруг тебе у нас понравится? А нет… Глядишь, и назад отпустим.

Ванда уловила тяжёлую ярость Лиса — отголосок её собственных чувств — и постаралась взять себя в руки. Не хотелось, чтобы кот, ослеплённый эмоциями, наломал дров.

— Что-то до сих пор никого не отпустили, — проворчала она. — Где другие сбитые ведьмы? Где люди с захваченных земель? Что вы с ними сделали?

Гоблин посмотрел на Ванду долгим взглядом, и зрачки его сочно-жёлтых глаз стали вертикальными.

— Тебя из-за вертолёта послали, верно? Среди дня-то? Идём, кое-что покажу.

Он свернул в заросли цвета сапфира, охры и примулы. Волчица двинулась за своим создателем, и у Ванды закружилась голова от неожиданной смены ландшафта.

Только что вокруг поднимался лес, размалёванный, как рисунок в детской раскраске, но в остальном почти обычный, и вдруг местность вздыбилась высокими буграми.

Они колыхались, будто волны в океане, обрастали гребнями, бахромой и шапками пены, толкались, наползали друг на друга.

На крутых склонах теснились полчища ни на что не похожих тварей. Про таких говорят: ни в сказке сказать, ни пером описать, а во сне привидятся — заикой станешь. Между буграми струились потоки, густые, как варенье, что не мешало им вскипать тут и там, выбрасывая в воздух фонтаны и закручиваясь медленными водоворотами. Даже небо беспрестанно меняло цвет. Клубы облаков напоминали свежесваренную карамель.

Ванда вцепилась в волчью шерсть с такой силой, что пальцы онемели.

— Не трусь, — сказал мерзкий гоблин. — Нам ничего не угрожает. Просто так быстрее.

Тропа, по которой он шагал, ведя за собой волчицу, оставалась надёжной и ловко виляла из стороны в сторону, огибая препятствия. Порой казалось, что она сама несёт путников вперёд, как дорожка травелатора в крупном аэропорту.

Удобно, если подумать.

Через некоторое время Ванда осмелела настолько, что отпустила волчью шею, вытянула из шва в подкладке тульи подбородный шнурок и скинула шляпу за спину.

Стало гораздо удобнее.

Укротитель шёл впереди, над его плечом покачивалась метла, перебинтованная пурпурными волосами. Ванда смотрела на неё, смотрела и не выдержала:

— Отдай Мотю, будь человеком!

Понятно, что нет, но вдруг?..

— Забирай, — удивил прот и проницательно усмехнулся: — Только учти, отрезанные волосы силы не дают.

Что верно, то верно. А без силы ведьма не поднимет в воздух даже здоровую и полностью исправную метлу.