Ведьмы не сдаются!

Не по виду, а по характеру.

— Я ваших укротительских клятв не знаю, — процедила Ванда. — Может, это не клятва, а пустое сотрясение воздуха!

«Прравильно говорришь», — одобрил Лис.

— Зато клятва ведьмы тверда, как гранит.

Расчётливое выражение на лице прота Ванде очень не понравилось.

— Я не могу всё время гасить твою силу, — признался он. — Есть два варианта. Либо я её попросту закупорю, и лично для меня это лучший выход, либо ты всё-таки поклянёшься, что больше не убежишь и не нападёшь. Там, куда мы идём, мне сюрпризы не нужны.

А ты, приятель, — обратился он к Лису, — глазами не сверкай, на тебя клятва тоже распространяется. Думай быстрей, ведьма Нескажу. Предложение в силе ровно одну минуту.

И Ванда задумалась.

У людей магию запечатывали только преступникам и сумасшедшим, процедура была долгой, сложной, и выполняли её в специальных медицинских учреждения для одарённых колдовским талантом. Однако в способность укротителя проделать это здесь, сейчас и в одиночку Ванда поверила сразу и безоговорочно.

Теперь, когда на привязи была не только она, но и Лис, а укротитель знал, чего от них ожидать, шансы на побег не просто стремились к нулю, они уходили в область отрицательных чисел. И всё же… Фортуна — дама переменчивая, вдруг да и вздумает улыбнуться — а Ванда без силы. Нет, без силы ей нельзя!

— Ладно, — она сморщилась так, будто ложку уксуса проглотила. — Клянусь клятвой ведьмы не убегать и не нападать.

Прот укоризненно покачал головой, поднял руку и, глядя в глаза пленнице, изобразил, что выдёргивает у себя волосок.

Лис тихо зарычал, и Ванда была не прочь к нему присоединиться. Всё-то этот подлец знает! Ни в чём его не проведёшь.

Стиснула зубы так, что заломило челюсти, и резким движением вырвала волос из своей пурпурной гривы.

Лис издал панический мяв: «Не смей! Стой, балда!» И ещё много разных слов, которые приличному коту не то что употреблять — знать не положено.

В состоянии аффекта он напрочь забыл о том, что хозяйские плечи не бревно, с которого можно клочьями сдирать кору, и оно не почувствует, — а когти у боевого штурмана были острые, крупного калибра.

Но Ванда даже не поморщилась. Леший с ними, с плечами, до шабаша заживут.

«Выхода нет», — ответила она. Сила у неё до конца не восстановилась, а после неудачного побега ещё и убыла, но при нынешнем раскладе это только к лучшему. Значит, нарушение клятвы не убьёт её на месте. Скорее всего. Выть и кататься по земле заставит, не без этого. Но эффект будет нарастать постепенно.