Ведьмы не сдаются!

У Ванды горло перехватило:

— Ты… Да как ты…

Если бы из гнева рождалась магия, она раскрошила бы верёвку в мелкий пух, а прота забросила в речку!

Увы, ни того, ни другого Ванда сделать не могла, только бессильно сжала кулаки, выпалив в лицо мерзавцу:

— Ладно я, но маленького котика — на цепь?! Ты человек или гоблин?

«Или гоблин» недоумённо приподнял брови и стряхнул с плаща соринку. Щелчком, демонстративно так.

Ванду аж замутило.

— Освободи его немедленно! — потребовала она.

— И не подумаю.

Негодяй указал в сторону окаменелого шара-пасти:

— Это глот, страж Яслей.

Он бы твоего фамильяра до червячка переварил. Такое у него свойство — обращать вспять филогенез, то есть биологическую эволюцию. Хвостатому пришлось бы раза три переродиться, прежде чем снова стать котом. Если бы он, конечно, захотел. А то мог остаться улиткой или комариком.

Лис оскорблённо фыркнул. И снова прижался к Ванде, вспомнив, что он бедный, несчастный, маленький котик и только что побывал в брюхе чудовища.

— Это ты его туда забросил! — обвинила укротителя Ванда.

— Я его оттуда достал. А тебя — из болота, — он сухо кивнул на кисельные берега, которые показались ещё более топкими, чем раньше. — Но, вижу, с тобой по-хорошему нельзя.

И это была не шутка. Шутник Лекс испарился без следа, как пленный прот в байке инструктора Заливатти; перед Вандой стоял истинный укротитель, суровый и опасный.

Только ей было уже всё равно.

— И что теперь — утопишь обратно?

Да она сама сейчас в кисель прыгнет, и если проклятая верёвка утянет мерзавца следом, лучше и быть не может!

Только тёплая меховая тяжесть на руках удержала Ванду от исполнения этого плана.

Лис горячо дышал ей в шею, касаясь кожи сухим после пережитого стресса носом, и его сердце билось часто, как крылышки колибри.

Ванда шагнула к укротителю и с вызовом уставилась в холодную синеву его глаз — будто в зимнее небо.

— Скажешь, ты на моём месте не попытался бы?

— Я знаю, что со мной будет на твоём месте, — ответил он ровно.

— А со мной? С нами? — Ванда погладила Лиса, и он тихо уркнул в ответ.

Лицо укротителя смягчилось.

— Только хорошее, — ответил он. — Сама увидишь. Как мы живём бок о бок с Мамиными детьми, как живут люди из вашего мира…

Ванда открыла рот — и впервые не нашла слов. Он притворяется или издевается?

«Загрызу!» — выразил её чувства Лис, разом перестав изображать страдальца. Взобрался хозяйке на плечи и ощерился на укротителя.

— Ну хочешь я магическую клятву дам? — предложил гадкий гоблин.