Сияна и Мечислав

- Оставайся здесь, деревню будем строить. Терем большой, комнат на несколько семей хватит. А как избы отстроим - у всех отдельное жильё будет. А потом и терема можно после зимы затевать, да и церкву бы престольную!

- Все крикнула "Ура!" в знак согласия, и, было, притихшие музыканты вновь заиграли задорную плясовую.

Ну, тут Сияна снова образовала вокруг себя вакуум, когда закружилась, что даже подол воспарил, да ещё в периодическом прыжке ногу выставлять в сторону умудрялась. Все заахали и заохали, да хлопать принялись.

Кто-то попытался составить ей компанию и чуть не встал между ней и мужем, но Мечислав не растерялся, да сбил его так, что тот отлетел в сторону, а сам пошёл в присядку, выкидывая поочерёдно ноги вперёд. Всё засвистели и захлопали, да к ним присоединились.

Глава 47

Гуляли так до темноты. Наелись, напились, напелись и натанцевались. Добраться бы только до ложа. Отворили двери в тереме, но не парадные, а те, которые в чулан вели.

- Подклет в самом холодном месте, по обычаю, - пояснила Хозяйка, провожая их тоже со всеми остальными.

Тут раздались тематические песни, которые постарались заглушить пошлые шуточки, а то Мечислав уже пообещал одному из шутников все зубы повыбивать.

Они пели:

- Из колодца вода льется,

Пузырится, пенится.

Пусть подруга от тебя

Никуда не денется. (Русская народная частушка).

Да и сама Хозяйка от них не отставала:

- Муж лихой, да все умеет,

Любит душечку жену,

Пусть теперь, вот, попотеет,

Чтоб любить её одну!

На пороге Мечислав взял Сияну на руки и занёс внутрь.

Так молодожёны, наконец, избавились от назойливых гостей, и заперли за ними дверь в свой маленький и холодный чулан, где уже была убрана высокая кровать, застеленная всем белым. Рядом стоял небольшой столик с жареной курицей, одному Богу только известно откуда взявшейся, и бочонок с медовухой, а второй с водой ключевой.

- Ух, - сказала Сияна и бухнулась на кровать, - они нас в эту холодищу отправили, чтобы мы сразу не уснули?

- Видимо.

Здесь, вот, медовухи целая бочка, ей согреемся, вон, и шкура медвежья в углу. Я бы не сказал, что холодно, не зима же.

- Завтра первый день осени, - покивала Сияна, - что там наш сосед говорил? Я должна с тебя сапоги стянуть, и в левом какая-то штука будет нужная.

Мечислав не стал пить медовуху, а сел на кровать и взглянул на свою жену.

- Можешь не снимать, я не во все обычаи верю. Мне это не надо, чтобы ты моё старшинство признавала.