Стриж и змей. Предвестие бури

Дядя Эдмунд входит без стука. Он выглядит растрёпанным и судя по запаху достаточно много времени уделил вчера вину.

- Вижу был в храме с семьёй, - говорит Эдмунд, подходя ближе. – Ещё один вызов?

- От Джона. Думает, что я побоюсь гнева матери и поддамся ему, - Ричард сжимает зубы. Хочется рвать и метать.

- Правильно думает, - дядя зевает. – Если бы это было не так, ты бы уже отправил согласие и распнул его на ристанище.

Ричард медлит, но затем идёт к столу. В словах дяди есть смысл. Он берёт перо и споро поставит подпись на грамоте.

- Вот и хорошо, - хлопает его по спине Эдмунд. – И подпиши её одну.

Ричард смотрит на грамоту, что протягивал дядя. Значит, и он хочет сразиться.

- Ты же не думал, что я позволю тебе так легко победить, - с усмешкой говорит принц Эдмунд.

Ричард не знает, что ответить. Сражаться с дядей на первом же турнире, он не хочет. Тот слишком силён и искусен, но и просить унизительно. Перед глазами возникает Ребекка Стоун с усмешкой, не исчезавшей даже когда она задыхалась в неравном бою.

Ричард ставит размашистую подпись.

- Я надеялся, но раз не вышло, будет хоть какое-то веселье.

- У моего племянника прорезались клыки. Что ж, не оплошай, - дядя сворачивает грамоту. – Когда отправляешься?

- Скоро. Я ещё вчера послал Гуртеда, но хочу всё проверить сам. У этого мальчика много упорства, но руки надо отрезать. Ничего не умеет.

Комнату наполняет смех.

- Рейбор наверняка думал, что смог устроить всё удачно, - говорит Эдмунд. – Сын при королевской семье, и делать ничего не надо.

Но не будем о нём. Раз у тебя ещё есть время, как на счёт одного боя? Напоследок.

Ричард вспоминает грязные доспехи Рейли Стоуна. Интересно, они там?

- Конечно, пошлите, - говорит Ричард.

Уже у двери, он вспоминает про один вопрос.

- Дядя, - зовёт Ричард. – Тот нож, что вы мне подарили. Он раньше принадлежал Ребекке Стоун?

- Медной дряни? – Эдмунд оборачивается. - Почему ты про неё вспомнил?

- Стоун сказала, что у её тёти был точно такой же нож.

Эдмунд фыркает.

- Очередная ложь.

Будь это правдой, они бы ещё утром подали прошение королю, взывая к справедливости, верно?

Ричард кивает.

- Верь мне, - Эдмунд кладёт руку на плечо племянника. – Ведь кроме меня тебе больше не на кого положиться.

Ребекке приходится ехать в карете. Нужно же соблюдать приличия, хотя она никак не может взять в толк, что изменилось, будь она в седле, и в доспехах, и выйдя на ристалище вместо оболтуса Рейли. Отец утром гонял его, как перепуганного щенка.