До встречи, Ноябрь

Ярче всех отреагировала Алиса. Она буквально вскочила со стула, роняя на пол посуду, что еле помещалась на столе. Но звона разбивающихся тарелок никто не заметил. Все были заворожены красочными видениями.

В размытом изображении угадывались очертания башен, похожих на те, что изображали в сказках. Затем мираж сменился на парк, полный листьев всевозможных оттенков красного. Вот только на улице стоял день, а не характерная для осени ночь.

— Разве осенью бывает так светло?

— Город, который показывает кристалл, очень похож на Пришну, — прошептал Ноябрь, вглядываясь в размытые лица людей, неторопливо идущих по освещенным солнцем дорожкам.

— Но это не она, и…

Алиса не дала ему договорить. Девушка протиснулась через сидящих и схватила Ноября за руку. Да так крепко, что здоровый парень не мог сопротивляться ей. Не дав даже переобуться, она вытащила Ноября в подъезд. Упорно она тянула его вниз по лестничным пролетам.

Когда они отошли достаточно далеко от подъезда, она повернулась к нему. В её глазах сияла последняя надежда.

Тонкие пальцы крепко сжали лацканы кителя, и золотая вышивка смялась. В слезах Алиса спросила:

— Ты правда можешь вернуть меня домой?!

«Это невозможно», — хотел ответить Ноябрь. «Завтра я собираюсь сдать тебя комитетовцам, а потом ты станешь частью архива». Но неизвестный порыв заставил его произнести совершенно иные слова.

— Могу. Но ты готова заплатить?

Глаза Алисы округлились от шока, но буквально через секунду бледные губы превратились в тонкую линию. Кто знал, о чем могла подумать молодая девушка, услышав такой вопрос.

Даже Ноябрь почувствовал, как прежде горячие руки Алисы превратились в ледышки.

Ему стало тошно от самого себя, и поэтому он просто попросил:

— Ты же расскажешь, каково оказаться в другом мире?

К лицу Алисы снова вернулся цвет. Растерянно она уткнулась в одну точку, перебирая в голове тысячи ответов на этот вопрос.

— Вот представь, ты едешь к себе домой. На Выхино, — начала рассказывать Алиса, утирая слезы. — Поздняя ночь, ничего не видно, в последний момент ты выбегаешь из вагона, но оказываешься в другом месте.

Не тут, а там, где поезда ездят под землей, а в киосках продают шаурму.

На последних словах Ноябрь рассмеялся. В его ушах они звучали совершенной бессмыслицей, но почему-то такой смешной.

— Ты имеешь что-то против шаурмы? — захихикала Алиса вместе с ним.

— Знал бы я что это…

В ту ночь они не вернулись за стол, а прогуливались по безлюдным дворам. Стояли мрак и сырость.