Тень ее высочества (II)

— Кто бы мне доверил тайну государственной важности?

«Это точно — у тебя язык без костей», — ехидно подтвердил Грэм.

ГЛАВА 2. Пожирающая тьма

Северная империя, незаселенные земли,

45-й день пришествия Эвгуста Проклятого

Оглядев полянку, на которой мы остановились на ночлег, не увидела ни агграссца, ни ламчерионов. Когда они оставили нас с Юлианом вдвоем, я не заметила.

— Кстати, а где купец и наши крылатые друзья?

— Купец залез в корзину, а пегасы ушли в лес. Похоже, собираются связаться со своими старейшинами, чтобы разузнать о захваченных агграссцами соплеменниках.

— Как можно надеть на взрослого ламчериона хианитовый ошейник?

Парень задумчиво уставился в огонь.

— На самом деле это просто. Если взять в заложники половинку-человека, ламчерион переступит все законы ради его спасения.

А ведь Юлиан прав. Без всадника-человека ни один ламчерион не сможет принять вторую ипостась и взлететь в небо. Точнее сказать, сможет, но утратит контроль над яростью и желанием крушить, терзать все живое, что окажется рядом.

Всадник для пегаса — единственная возможность побороть безумие, шанс на счастье и продолжение рода. Если верить книге, подаренной племянницей Тристана, у ламчерионов несколько столетий не рождалось чистокровных детей. По сути, пегасы — полукровки, у которых один из родителей — человек. Как умничал написавший книгу жрец, такова воля богов, чтобы дети наследовали достоинства и недостатки родителя-ламчериона. По-моему, жестокая воля.

«У нас говорят — проклятие богов, — вмешался в мысли Грэм.

— Рассказать древнюю легенду?»

«Конечно! С удовольствием послушаю!»

«Когда боги ходили между Гранями, как простые люди, один ламчерион не захотел прокатить Жизнь на своей спине, приняв бога за обычного человека. За гордыню пегаса наказали: он может навсегда остаться бескрылым или летать, но только с всадником на спине. И наездник этот не кто иной, как представитель презираемого человеческого рода. Проклятый долго не мог смириться с карой — он хотел летать самостоятельно, свободно, как и раньше.

Над его страданиями смилостивилась богиня Любви: ламчерион встретил человеческую девушку, без которой больше не представлял свою жизнь. Но человечка отказалась произнести брачные клятвы — она любила другого, любила мужчину своей расы…»

«Ого! Если это милость богини, то какова ее месть?!»

«Ты не дослушала, — укоризненно прошелестел голос в голове. — Человек тоже любил — давно и беззаветно.