Опустела без тебя земля

А там у Наташки, моей Наташки, которая обещала, что только я, навсегда, свадьба через три месяца и рожать ей в июне. И летчиком мне уже не быть, и башка теперь всегда болеть будет. А все тебе спасибо...

Слезы катились по его бледному, искаженному злостью лицу. Он опять отвернул голову к окну.

- Вытащил меня, чтоб я дальше мучался, - прошептал он. - Козёл! Вот-вот бы все кончилось!

- Ничего бы не кончилось, - медленно сказал Витя. - Все только начиналось. Если бы я этого не знал, то в прошлом году тоже мог бы.

- И что? - парень опять повернулся к нему, смотрел жадно, остро.

- Там - мир, сделанный из тебя самого. Всех твоих страхов, боли, радостей. Того, что ты знал и любил, того, что тебя мучило и терзало. И пока ты не изживешь этот мир, пока не найдешь покой и свою внутреннюю суть - дальше ты никуда не пойдешь, и боль не кончится...

Олег кивал, не спрашивая, откуда Вите все это известно.

- В смерти нет избавления от текущей боли, - сказал Витя то, что говорил себе каждый день из пятьсот тридцати пяти, прошедших с Лесиного письма.

- А как же эти? - спросил Олег. - Ну, еси на небеси?

Витя пожал плечами. Он не знал.

В палату зашла санитарка, загремела ведром, застучала шваброй, глядя на мальчишек безо всякой приязни.

- Стул отодвинь, - резко сказала она Вите. - Под ним помыть тут надо. Натаскали...

- Я, наверное, пойду уже, - сказал Витя. - Ты это... поправляйся. Новый год скоро.

- Спасибо, - сказал бледный Румяненький. - Да, наверное, спасибо.

Витя долго стоял у дверей госпиталя, вдыхая морозный воздух.

Когда-нибудь мы увидимся. Надеюсь, тогда нам обоим не будет больно.

Можно же надеяться, что когда-нибудь больно больше не будет?

Когда Витя выдыхал, его живое тепло вылетало изо рта белым облачком и рассеивалось в тянущем холоде пустоты вокруг.

Ему было очень, очень одиноко.

Он посмотрел вверх. В небе летел самолет. Светлый, быстрый, легкий.

Глава 7. 1974

1974

Леся курила в открытую форточку.

Снова была пятница, снова Матвей гулял с друзьями. Её он другом не считал, никогда, с самого начала, и с собой не брал. Леся затянулась сигаретой, поморщилась. "Житан", блок которого ей Матвей привез из Франции, на прошлой неделе кончился, и возвращение к "дыму отечества" - сигаретам "Золотое Руно" - ее не радовало.