Опустела без тебя земля

Ей хотелось вернуться в прошлое и погладить по голове глупых детей, которыми они были. Обоих.

Песня доиграла, в замке повернулся ключ. Леся вздрогнула от неприятного предчувствия.

Матвей был темен лицом. На что-то злился. Значит, на нее. Леся машинально потрогала языком передний зуб, тот самый, что когда-то был сколотый и острый по краю.

- Привет, - сказала она. Матвей кивнул, отодвинул ее плечом, прошел на кухню.

- Фу, накурила опять, - недовольно сказал он. - Знаешь, как говорят, что целовать курящую женщину так же противно, как облизывать пепельницу?

- Ты меня и не целуешь давно, - пробормотала Леся.

- Что ты сказала? - поднял голову Матвей. Лесе хотелось повторить, громко, вызвать его на ссору, на какое-то проявление чувств. Но она уже знала, что подобные начинания всегда заканчиваются тем, что она получает по морде. А потом все равно лежит под Матвеем и слушает, как скрипит кровать.

- Я сказала, что зубы почищу сейчас, - сдалась Леся.

В душе она себя презирала за трусость и угодничество. Но опять потрогала языком когда-то отбитый зуб и смирилась.

- "Сейчас" давай ужин, - сказал Матвей. - Свои дела потом будешь делать. Я только с порога, после работы ничего толком и не ел, мы по ресторанам сегодня не ходили. У меня аж желудок сводит от голода. А ты все о себе.

Леся достала борщ из холодильника, поставила разогревать, нарезала хлеба, лука, копченой колбасы.

Матвей следил за ней чуть ли не с неприязнью.

- Не ценишь ты, Леська, что я тебе даю...

Леся вздохнула - вот он и опять седлает любимого конька. Впрочем, у Матвея этот конек всегда под седлом стоял, примерно с полугода после свадьбы.

Раз за разом Леся слушала, как он ее полюбил (с годами энтузиазм докладчика по этому поводу угасал все сильнее). Как он все ей дал, о чем может мечтать молоденькая простушка, по сути, лимитчица без перспектив в северной столице.

Как помог доучиться и свозил в Сочи. Как ее подруги все по общежитиям и коммуналкам, а они сразу въехали в двухкомнатную квартиру в новом доме на Ульянке. Как в дом тут же гуськом пришли холодильник, телевизор и невиданная стиральная машина "Эврика", которые составили бы счастье любой женщины. Она, эта любая, в отличие от Леси, мужу руки бы целовала, а не вела себя, как ленивая капризная малолетка.