Опустела без тебя земля

- Вот тебе, сука, развод, - прошипел он и толкнул ее через коридор. Она споткнулась и упала лицом на этажерку, разбила рот и отколола зуб, тот самый. Голова сразу закружилась, как будто годы исчезли, показались маленькой Лесе, и она стояла с папой в подъезде и смотрела, как по ступенькам вниз катится красный бидончик. Бум, бум, бум.

- Вот тебе развод, - в поле ее зрения вдвинулась крупная дуля, сложенная из крепких пальцев Матвея. Он больно ткнул дулю ей в нос, а потом сгреб ее за волосы и потащил в комнату. Там на столике у дивана стояла почти пустая бутылка водки, стопка и тарелка с одиноким ломтиком колбасы.

Телевизор был включен, там шел какой-то веселый музыкальный фильм, который Матвей, не отпуская Лесиной косы, сделал погромче.

Леся была как во сне - вот только что сцена была нормальная, хотя и очень неловкая, и вот, всего несколько секунд спустя, ее волокут за волосы и зуб снова сломан, и новый теперь уже не вырастет.

- Вот тебе развод, - сказал Матвей и разорвал на ней платье. С утра она не смогла найти лифчик, и ее крупные голые груди, качнувшись, завели Матвея еще сильнее.

- Раз ты сука, то и я с тобой буду, как с сукой, - сказал он, бросая ее на пол. Она попыталась подняться, но он пнул ее в бок - несильно, но очень больно. Он был гораздо крупнее и сильнее ее, а когда она пыталась кричать, он бил ее по лицу. Что, в самом деле, она могла поделать?

Он изнасиловал ее два раза подряд. Он рычал и глухо кричал. Казалось, то, что теперь он показал ей истинного себя и мог больше не сдерживаться, доводило его до каких-то животных уровней исступления.

Потом он, наконец, разрешил ей подняться и пойти в ванную. Леся смывала кровь с лица и смотрела на себя в зеркало над раковиной, не веря. Губы были разбиты в трех местах, правый глаз и скула начинали заплывать. В волосах тоже были потеки крови - ссадина на лбу сильно кровила. Сквозь шум воды она услышала тяжелый скрип, как будто кто-то двигал мебель. Одеться ей было не во что, полотенце было слишком мало, чтобы прикрыться. Она вышла из ванной голой.

Матвей, тоже голый, лежал на диване, которым он перекрыл дверь в спальню. Он укрылся пледом и явно уже засыпал - глаза были масляные, но чуть взбодрился при виде Леси.

- Это чтобы ты ничего из одежды не могла взять, пока я сплю, - объяснил он. - Захочешь из дому убежать, так вали, как есть. Пусть все видят, что ты шлюха. Спи где хочешь. Хочешь - стоя, хочешь - на табуретке в кухне. Завтра поговорим о том, как мы теперь будем жить.