Опустела без тебя земля

Марья Вячеславовна слушала молча, кивала головой, оживилась лишь один раз, когда, в рассказе про Витю, Леся случайно уронила слово "летум". Но Леся тут же прикусила язык, а старуха ничего не спросила, только посмотрела очень странно. Потом она похлопала Лесю по руке и сказала, что ей нужно позвонить.

Леся кивнула. Она почти не спала две предыдущих ночи, и голова у нее плыла. Она привалилась к холодильнику и поморщилась, потому что везде были ушибы и было больно.

Леся задремала и Витя снова целовал ее, сжимал ее грудь сквозь одежду так, что у нее дыхание перехватывало и жидкий огонь бежал по жилам.

- Знаешь, что нужно сделать, чтобы была удача? - спросил Витя, легонько трогая губами ее ухо.

Леся рассмеялась и проснулась.

Марья Вячеславовна сидела на стуле напротив и курила сигарету в мундштуке из голубого стекла. Она затягивалась, выпускала дым через ноздри и смотрела на Лесю спокойно и выжидающе.

Леся внезапно поняла, что уже два часа ночи, а старая женщина из-за неё не ложилась и, наверное, очень устала.

Она заозиралась вокруг, мысли заметались, она ведь так и не придумала, куда ей деваться прямо сейчас, и как из обломков своей жизни выстроить мостик к Вите. Поднялась, одернула юбку - Марья Вячеславовна нарядила ее в изумительное платье из тяжелого синего шелка.

- Вам очень идет, Леся Петровна, - сказала старуха, кивая. - Знаете, это настоящая Шанель. Коллекция шестьдесят первого.

- Я верну, - сказала Леся.

- Не надо, - отмахнулась Марья Вячеславовна. - Носите. Я подобрала к нему туфли. Они будут вам, наверное, слегка большеваты, у вас ведь для вашего роста удивительно узкая и изящная стопа...

Она задумалась о чем-то, явно не имеющем отношения к Лесиным стопам, потом вздохнула и поднялась.

- Вам пора, Леся. У подъезда ждет машина. Шофер отвезет вас к маме.

- Это два часа езды, - ошеломленно пробормотала Леся.

- Я знаю, - спокойно кивнула старуха. - Думаю, на сегодня вы получили достаточно травм и неприятных ощущений.

Леся представила, и слезы из глаз покатились.

- Спасибо, - пробормотала она. Марья Вячеславовна кивнула.

Туфли тоже подошли. Они были красивыми - на среднем каблуке, из серебристо-черной кожи.

- Как рыбья чешуя, - пробормотала Леся. Она стояла в коридоре и искала слова, чтобы попрощаться.