Лети, перышко!

Княгиня Веселица, сжимая в руке маленький светильничек, осторожно и медленно приблизилась к святилищу, поклонилась. Тропа была каменистой и не слишком-то пологой. Веселица же эти недели ходила с трудом даже по гладкому дощатому полу княжеских хором. Старик нахмурился: вот же не сиделось в тереме спокойно…

— И ты здрава будь, милая. Почто одна так далеко идешь, да еще до зари? Чем тебе малое святилище не угодило? Тем, что от терема близехонько?

Вроде и сердится старый волхв, а сам уже под руки осторожно придерживает молодую женщину.

— Благослови, старче, дозволь отсюда на восход взглянуть и в святилище помолиться. Неспокойно мне на сердце.

Солнечный краешек уже показался над морем. Старый волхв подвел Веселицу к резным перильцам у входа. Вдвоем они смотрели, как светлеет мир вокруг, как разливаются по морской глади золотисто-розоватые солнечные лучи, как поднимается яркий диск на небосводе… Лишь на восходе и на закате становится зримым истинный бег времени.

Затем княгиня помолилась в святилище, оставила свое подношение у ног статуи и вышла к поджидавшему ее волхву. Но старик был уже не один. Веселица ахнула: к ней шел, выгибая шею, прекрасный белоснежный конь!

— Ярогрив вышел поприветствовать тебя, княгиня, — Остромысл ласково погладил шелковистую гриву.

— Пусть это будет добрым знаком! Я тоже приветствую тебя, славный конь! — поклонилась Веселица.

— Узнала ли ты, что хотела? Вернулся ли покой в твое сердце?

Веселица чуть помолчала. Затем пристально взглянула в глаза старика.

— Скажи, старче… Ты ведь тоже спрашивал Богов о… о ребенке, которого недолго мне уже осталось носить под сердцем?

Волхв вздохнул. Но на прямой вопрос, заданный под только что взошедшим солнцем, нельзя не дать ответа.

— Да.

— Тогда скажи мне… что ответили тебе Боги? Я чувствую, что должна это знать.

Белоснежный конь заржал и ударил копытом. Княгиня смотрела своими ясными серыми глазами, и никогда еще старому Остромыслу не было так трудно отвечать. Но раз уж сам Яровитов конь вышел послушать их беседу и требует говорить правду — отвечать все-таки придется.

— Хорошо, княгиня. Я скажу тебе то, что сумел понять, а уж правильно или нет — покажет время. Слушай же! Ты родишь сына, и сын твой станет славным воином и великим вождем.