Ключ от всех дверей

— Об этом тоже можешь не беспокоиться, Филипп сумеет позаботиться о безопасности твоей подруги, — заверил меня он.

— Именно это меня и беспокоит!

— Майя! — возмутилась Жанка.

— Помолчи, — отмахнулась от неё я. — Если он хоть пальцем её тронет, я...

— То, что ты? — насмешливо оборвал меня оборотень, смерив оскорбительно снисходительным взглядом.

— Собственноручно глаза ему выцарапаю!

— Я передам ему твоё предостережение, — пообещал он, пряча улыбку, которую совсем не скрывали глаза, развернулся и широко зашагал вперёд.

Он явно не принял мои слова всерьёз! Чертыхнувшись, я заковыляла вслед за ним с намерением продолжить разговор, итог которого меня совсем не устраивал, не обращая внимания на гневное шипение вцепившейся в мой локоть подруги. Ничего переживет, она-то всё время вмешивается в мои дела. Как и сейчас, кстати, найдя для меня подходящее «такси». И отправлять ведь меня в обществе малознакомого товарища не боится: я ж всемогущая ведьма!

Ян остановился у шикарного чёрного Рейндж Ровера Спорт (от вида которого каждому уважающему себя автовладельцу следовало восхищённо прибалдеть хотя бы на минутку, и я бы так и поступила, если бы не была так зла на его хозяина), и предупредительно распахнул пассажирскую дверь.

Я скользнула взглядом по номеру и закатила глаза — «В 001 ВВ» — как предсказуемо! — альфа-самец, ёпт! Взглянув на оборотня, я обнаружила, что он внимательно меня рассматривает. И опять улыбается: то ли моим угрозам, то ли в ответ на мою мимику на тему регистрационных номеров.

— Что ты усмехаешься? Смешно? Я что, на клоуна похожа? — обрушилась на него я, когда мы с Жанной, наконец, добрались до пункта назначения.

— Нет, не похожа. Для клоуна у тебя слишком жалкий вид.

Я поперхнулась от злости. Жалкий вид?

— Что?..

— Успокойся. Ты знаешь же о наших принципах, — начал он, — и...

— Знаю я о ваших принципах! — поспешно перебила его я.

— Принципах? О чем это вы? Что ты знаешь об их принципах? И кого это — их? — недоумённо воззрилась на меня подруга.

Ян удивлённо посмотрел на неё, а потом и на меня, но продолжить свою реплику, судя по всему, не собирался, раз дело приняло такой оборот. Я не сводила с него пристального взгляда, пытаясь сообразить, что ответить Жанне.

— Он имеет в виду, принцип не обижать слабых, — пояснила я, после кратковременного замешательства. — Философия у них, видишь ли, такая... у каратистов.