Интерфейс

А раз так, то теперь я не имею не только желания съедать её, но и права распоряжаться ей вместо тебя.

— Премного благодарен за признание моих прав, — улыбнулся я. — Но я пока не понял, в чём здесь загвоздка.

— В том, что ты используешь свою любовь не по назначению, — назидательно сказала Зимба.

— Вот как? — приподнял я бровь. — И какое же у неё назначение, позволь узнать?

— Вообще если не брать в расчет личность её носителя, то штука эта многофункциональна. Она может быть и источником энергии, и неким средством модификации окружающей реальности, и хранилищем огромных объёмов знаний, и ещё чёрт знает чем.

Но конкретно в существах подобных человеку она вырастает для помощи в продолжении рода, а также для объединения двух или более особей в группу с едиными ценностями и стремлениями.

— Ты думаешь, она нас с тобой не объединила?

— Ха! Ещё бы не объединила! — воскликнула Зимба. — Так объединила, что захочешь — не расцепишься. Но вот с первым пунктом у нас полное фиаско.

Рожать человеческих детёнышей я, увы, не в состоянии.

— Ну так и хрен бы с ними! — махнул я рукой. — Пусть другие пары рожают, желающих много. Я не видел мужчин, реально счастливых в роли отцов, поэтому сам никогда не хотел заводить собственных детей. И вряд ли захочу в будущем. Так что, Зимбочка, эта проблема тобой надумана и не стоит, как говорят, выеденного яйца!

— Да, Вить, я ещё маленькая и глупенькая, — грустно покачала головой Зимба, — и тебе вполне может показаться, что я раздуваю проблему на пустом месте, но увы, это не так.

Те эмоции, которые ты испытывал ко мне и которые стали питательной средой для любви, они всё же сугубо человеческие, и лучше всего подходят для выращивания любви к человеческой девушке. Но так как ты изначально знал, что я — не человек, и та картинка, что я показывала тебе для удобства общения, не имеет со мной ничего общего, то любовь у тебя выросла... как бы это сказать... неправильная, что ли. Несовместимая с человеком и его остальными эмоциями. Неродная. Знаешь, как если бы на грибе мухоморе вдруг вырос цветок.

— Ну так ведь вырос же! И это круто! — воодушевлённо отстаивал я свою позицию. — Почему ты решила, что необычное не имеет права на существование? Ведь если так, то и ты сама не должна находиться на Земле, потому что для этой планеты ты — самое необычное существо!

— Да не в том дело, Вить! — отмахнулась она.