Загнать дракона. Втридорога

Между камышами играли в прятки зеленые стрекозки, то и дело давая лягушкам ложную надежду на обед. Лягухи неуклюже подскакивали, промахиваясь и плюхались, разочарованно квакнув, назад в жирный ил, который скопился на дне прозрачной реки. Романтик, сентиментально пофыркивая, наблюдал за этой картиной и, пощипывая травку на берегу, размышлял о круговороте жизни в природе.

Убедившись, что соглядатаев нет, Лита достала из принесенного мешка несессер. Наморщив носик, выбрала одну склянку и посыпала серым порошком все пятна на графских брюках.

Посидела, болтая ногами в приятной коричневой воде и распугивая мальков, на мостике, а затем с чувством удовлетворения бросила брюки в таз с натасканной водой. Два раза сполоснула и достала. Хмыкнула, убедившись, что ни одного пятнышка на брюках не осталось, и повесила белье на ветку ближайшего дерева. Затем потянулась и пошла собираться. Вылила воду из корыта, собрала в него взятые лишь для отвода глаз стиральные принадлежности, собралась было развесить на краю корыта брюки и…

— Едрена кочерыжка! — неизящно выругалась Лита и схватила с ветки брюки.

Пятна — ярко-винные, такие, словно никто их и не удалял — отчетливо выделялись на нежно-бежевых штанинах. Только теперь они были в других местах, при этом сохраняя прежние формы и очертания.

— Не может быть, — повертев штаны в руках, сказала девушка.

От души выругалась и снова принялась за дело. Процедура была повторена в точности: серый порошок, полоскание теперь уже в реке, развешивание на ветке дерева.

На этот раз Лита на отрывала глаз от штанов, поэтому застукала тот момент, когда шкодливые бордовые пятна, появившись из ниоткуда, поползли, совсем как жуки, по штанинам и расселись в новых местах.

— Ах ты ж змеюка! — задумчиво и уважительно протянула Лита.

Теперь она дольше копалась в несессере. Достала оттуда пузырек уже с синим порошком. Опытной рукой растерла его в ладонях и, шепча заклинание, посыпала брюки, не пропуская ни одного сантиметра.

Бурые пятна, похожие на амеб, дрогнули, зашевелились и затрясли ложноножками, а затем начали в панике метаться по штанам, постепенно бледнея и сходя на нет. Пока не исчезли окончательно. Лита еще раз хмыкнула.

— Думал уесть меня? А вот хрен тебе! — сказала она неизвестно кому и засобиралась.

В замок они с Романтиком входили под триумфальный марш, звучавший у Литы в душе.

— Благодарю! — сказал граф, которого девушка застала все в той же библиотеке.