Я не отдам тебе ребенка, дракон!

Арман нес меня аккуратно, но я все равно вцепилась в один из когтей, который перехватил меня поперек груди.

Ветер ударил в лицо, и я захлебнулась в его потоке, не в силах вздохнуть. Слезы брызнули из глаз. «Я сейчас умру!» — мелькнула обреченная мысль. Но тут же меня окутало тепло, и потоки воздуха перестали хлестать по щекам. Я очутилась в магическом коконе.

— Арман! — крикнула я, задирая голову. — Арман, отпусти меня!

Надо мной, закрывая небо, распластались смоляные крылья, такие большие, что я не видела их предела.

Если бы кто-то посмотрел снизу, он бы не разглядел темную тень на фоне ночного небосклона. По чешуе дракона бежали всполохи, напоминающие отблеск звезд. Отличная маскировка для высшего хищника.

Он не слышал меня или делал вид, что не слышит.

Под моими болтающимися в пустоте ногами с головокружительной скоростью скользили дома, дороги и машины. Очень скоро окраины города остались позади и внизу потянулись белые поля, перечеркнутые тонкими полосками леса.

Внезапно полет замедлился. Крылья дракона с усилием рассекали воздух.

Вокруг нас натянулась невидимая преграда. Еще один рывок, и она лопнула — по ушам ударил низкий гул. Из ночи и тьмы мы провалились в сверкающий день. Я зажмурилась от брызнувшего в глаза солнечного света.

Передо мной развернулась панорама города, увиденного мною во сне. Города из стекла и стали, ослепляющего своей непривычной красотой.

Арман устремил свой полет к небоскребу, что возвышался в центре города, будто неприступная скала. На плоской крыше оказалась оборудована площадка для посадки, как для вертолетов, — желтый круг с иероглифом в центре.

Арман завис над площадкой, поднимая мощными крыльями вихрь, который погнал по крыше ворох оставленных кем-то бумаг. Дракон спускался все ниже, ниже, осторожно и медленно, пока мои ноги не коснулись прорезиненного покрытия. Только тогда он разжал когти, и я, не устояв, упала на колени: я так сильно напрягала мышцы во время полета, цепляясь за коготь Армана, что они одеревенели.

Буря, поднятая взмахами крыльев, стихла.

Тень, закрывавшая небо, исчезла. За моей спиной послышались шаги — обычные человеческие шаги.

— Вот мы и прилетели, Элени, — сказал Арман.

Как я не потеряла сознание раньше? Но сейчас перед глазами все поплыло, закружилось, и последним, что я помнила, был запах горячей резины, ударивший в нос, когда я растянулась на посадочной площадке.

ГЛАВА 12

Я потянула край одеяла, чтобы укрыться, но материя оказалась необычной на ощупь — гладкой и прохладной.