Собака Баскервилей из села Кукуево

Мельников выглядел моим ровесником, возраст Выхина определить было невозможно, с равной долей вероятности ему могло быть и двадцать пять, и сорок пять лет. В довершение ко всему, Выхин имел глухой хриплый голос точь-в-точь как тот, что отвечал мне по телефону.

Ну уж нет, этот номер со мной не пройдет.

– Послушайте, Дмитрий! – строго сказал я (свои отчества оперативники не назвали). – Зачем вы изволили валять дурака и два дня по телефону уверяли меня, что вас с Мельниковым нет на месте? Что это еще за детский сад?

Выхин насупился и отвернулся к окну, отчего стал похож на школьника, которому поставили незаслуженно низкую, по его мнению, оценку.

Мельников подскочил и заговорил быстро, нараспев:

– Ну что вы, това-а-рищ следователь! Вы пройдите-ка во-он к тому столику и трубочку то сымите!

Я подошел к столу в углу комнаты и снял трубку телефона, Мельников же поднял трубку на ближайшем к нему столе. «Але, ал-ле! Слуша-ю ва-ас!» – пропел он в трубку, а моя, параллельная, повторила все то же самое глухим и хриплым голосом в точности таким, как у Выхина.

Потом ту же процедуру вслед за Мельниковым проделал третий находящийся в кабинете оперативник по имени Гриша. Эффект был аналогичный.

– Это я вам отвечал, – потупившись, басом произнёс Гриша, – не было их. Правда!

– Ладно! – я почувствовал себя в глупом положении. – Извините меня, показалось. Жду вас у себя в кабинете сегодня в пять часов. И, пожалуйста, без опозданий.

Постаравшись не смутиться окончательно, я покинул кабинет на плохо гнувшихся ногах и поспешил к себе.

– Адвокатша тут звонила вчерашняя, спрашивала, что и как, – сообщил Зосимыч по моему возвращению, и тут же без всякого перехода поинтересовался. – Ну как тебе наш Баграмян?

– Нормально вроде, вежливый.

– Грамотный мужик. Во всех смыслах, етима. Следователем пятнадцать лет отпахал. Зампрокурора второй год работает. В уголовном праве, в квалификации, что наш зампотех армейский в гайках, а тот любой диаметр на глаз определял.

И в русском языке тоже сильно грамотный, не раз мне ошибки в постановлениях находил, – Зосимыч призадумался о чём-то своем.

Я не стал отвечать. Пытался собраться с мыслями, через час предстояло опросить «сладкую парочку» оперативников (фраза из рекламы, а не то, о чём вы могли бы подумать). Чувствуется, мамаша-адвокат настроена серьёзно, а значит, материал надо отработать так хорошо, как это возможно: грамотно, качественно и в срок.