Когда ночь сменяет ночь

Кто бы и по какой бы причине ни нарушил перемирие, тем самым он нарушит и равновесие, а без него рухнет установленный порядок.

— Наложение новых оков равно объявлению войны, — как бы про себя проговорил Доминик.

Я рассеянно глянула на него и снова обратилась к призраку:

— Люди погибнут, если мир их перестанет существовать. Но нас демоны хотят уничтожить. Вы знаете почему?

— Над вами не простёрта рука Всевышнего. Я ничего не знаю о вашей участи…

Рот старика вдруг приоткрылся, взгляд устремился куда-то вдаль.

Как по команде мы повернули головы в том же направлении… На тёмном небосводе прямо над линией горизонта проступил диск луны. Огромный и яркий — в мире людей я ещё не видела ничего подобного. Только призрачные светила нашего мира могли с ним сравниться.

— Как прекрасно светит сегодня луна, — восторженно прошептал призрак.

Через мгновение луна исчезла, и мы растерянно смотрели в пустоту — призрак исчез вместе с ней…

— Он донёс свою весть и теперь свободен, — пробормотала я.

— Не знаю, как вам, а для меня доказательств достаточно. Этот мир катится ко всем чертям, и мы вместе с ним.

— Понятие апокалипсиса существует для смертных, — задумчиво возразил Доминик. — Конец мира, созданного для них. Мы не принадлежим этому миру. Ты ведь слышала, что он говорил о руке, над нами не простёртой.

— Не принадлежим, но связаны с ним, почти как люди.

— Я не понимаю одного, — вмешался Винсент. — Если обновление печатей — всё равно что объявление войны, почему их разрушение таковым не считается?

— Потому что печати разрушают не демоны, а смертные, — раздражённо пояснил Доминик.

— Смертные же — не участники договора, а скорее одно из его условий. По крайней мере, если верить этому призраку…

— Старые боги были низвержены под землю или обращены в камень, и лишь благодаря этому человечество уцелело, — вспомнила я строки из "Пополь-Вух". — Этот мир был действительно создан для людей, и высшие силы сделали всё для того, чтобы существование смертных в нём было безопасным.

— Хорошо, но, если демоны вырвутся из своего мира, миру людей наступит конец, — снова подал голос Винсент. — Разве это — не нарушение перемирия?

— Нарушение, — бросил Доминик. — Но тогда это уже не будет иметь значения. Высшие силы, как вы их называете, не могут воспрепятствовать освобождению демонов из заточения, до того, как это непосредственно произойдёт.