Песнь красных песков

Маленькая вспышка разом погасила часть бушующих эмоций, оставив лишь гнетущую дымку воспоминаний.

Когда появился Карим Мехди, Ясмин вновь превратилась в кроткое создание. Невероятная метаморфоза, учитывая, что несколько минут назад она меня чуть не прожгла взглядом. Любопытно, особенно для той, кто создана, чтобы исполнять желания.

— Али, — подозвал я слугу.

— Господин?

— Ты доверяешь этому человеку?

Кивнув в сторону Карима, я покосился на озадаченного Али. Он наклонил голову к плечу, разглядывая хаджу, затем повернулся ко мне и выдал:

— Господин Мехди — уважаемый человек в городе, целитель от хворей.

Таких в наших краях немного, они буквально на вес золота.

— Разве не у вас некромантов обучают медицине? — удивился я, вспоминая Зидана — королевского лекаря.

— Очень редко, мой господин, — смутился Али. — Обучение стоит немало. Иной раз целыми деревнями собирают деньги. Здесь нет ни школ, ни академий. А у некромантов вообще своя закрытая община. Попасть к посланникам смерти или колдунам вуду очень сложно, берут не всех, и не все проходят испытания.

Опять же, ребенок, ушедший туда, больше в деревню не возвращается.

Я хмыкнул, вспоминая, как на родине относились к некромантам. Плохо, даже отвратительно. Ситуация начала меняться только последние несколько лет: скорбно признавать, но в основном это заслуга молодого короля Абеля. Прогрессивные взгляды его величества сдвинули неповоротливую машину бюрократии и ханжества. Заговорили об открытии факультетов для некромантов, специализированных учреждений для изучения анатомии человеческого организма на трупах.

Безусловно, религиозные фанатики выступали против, министры бушевали, но король был неумолим.

Подозреваю, сказалось влияние Зидана и регулярные вспышки различных заболеваний вроде холеры, тифа и прочих. Обычные лекари не справлялись со своей задачей из-за недостатка знаний, этики в отношении мертвых и отсутствия элементарных способностей. Некроманты же спокойно занимались вскрытиями, изучали патологии, делали открытия.

— А почему вы вообще спросили?

Скривившись, я вернулся к разговору.

— Брачный контракт, — я кивнул на свиток в руке хаджи, который что-то объяснял Ясмин. — Зачем?

— А-а-а, так это традиция, — заулыбался Али и хитро прищурился. — Мы очень любим свадьбы! Ох, яркие краски, сахарные финики, парное молоко, ленты, цветы, золото. Вокруг веселье целую неделю…

— Неделю? — я раскрыл рот.

— Конечно, — кивнул Али. — Свадьба в Маракеше длится от четырех до семи дней.