Ольга-чаровница и змиев сын

Он восхищался своей пленительницей, ненавидел ее всем сердцем за самоуверенность и отчаянно боялся опоздать. Он единственный чувствовал, скольких сил стоит это противостояние. Ему требовалось-то всего мгновение. Если вырвется, за миг до смерти чаровницы, сумеет спасти. Змии — существа чаровнические, способные многократно усиливать и чары, и силы. Вычерпавший себя полностью чаровник не умрет, если окажется рядом с таким помощником за миг до смерти, но и не воскреснет, если успеет уйти по звездной дороге раньше.

Ольга стояла. Лицо ее оставалось безучастным. Позу она не меняла, лишь чуть шире расставила ноги для лучшей устойчивости. Только пальцы сильнее стискивали посох да все большей тяжестью наливались веки. Убийцы не могли видеть ни бледности, ни налившихся кровью глаз, зато Горан замечал все и старательно расширял трещину.

«А ведь она победила того, кто отвлекал внимание извне, ослабляя и обеспечивая возможность прохода в терем своих подельников, — думал он между ударами.

Тем важнее казалось пробиться, спасти, завладеть ею снова и никогда уже не выпускать из собственных когтей. Змий, застигнутый врасплох заклинанием, со временем, если выживал, становился ему неподвластным. Ольга больше не пленит его или попытается сделать это каким-нибудь иным образом, хотя, скорее всего, не противопоставит уже ничего.

Преграда все же поддалась: вогнулась внутрь и тотчас выгнулась наружу, раздался грохот, во все стороны плеснуло осколками. Горан зажмурился — от обычного солнечного света он успел отвыкнуть. Триумф захлестнул его полностью, и, устремившись вперед и вверх, расправляя крылья, он почти не видел никого вокруг, даже Ольгу, устало опустившуюся на ступени лестницы и выронившую бесполезный теперь, лишившийся навершия посох. Посох истаивал, паром исходя, осыпался пылевой горсткой, каплями воды проливался, становясь снова суком дуба вековечного.

С каждым мгновением воздух становился прозрачнее: туман развеивался. Но и атакующие изрядно выдохлись. Почти всех чаровников смело порывом ветра от гигантских крыльев: в личине крылатого змия Горан был и крупнее, и сильнее, и зубастее. И все же одна из фигур осталась стоять, неловко раскинув руки для равновесия, а затем низко поклонилась.