Ольга-чаровница и змиев сын

— Ты ж говорил, она слово тебе дала!

— Дала, — согласилась Ольга. — Сестрою быть. То и отрицать не взялась бы, да ты, воевода, договорить не дал.

Князь хмурый сидел, губу нижнюю кусая.

— Мы детьми были, мало ли какие слова кому давали, — проговорил Иван уже без прежнего напора. — К тому ж короли заморские и на племянницах женятся, и на сестрах двоюродных, а в стране пирамид…

— Хватит! — поднялся со своего места князь. — Ты сейчас же от девицы откажешься, иначе не править тебе опосля меня, уж кого, хоть первого встречного найду в следующие правители.

— Отпусти невесту свою, — нараспев, словно заговор, произнесла Ольга.

— Отпускаю, — через силу проговорил Иван.

Ольга с облегчением выдохнула; чувствовала, что без этого разрыва не сумеет дойти туда, куда вознамерилась.

— Теперь, когда устранены все препоны, слушай, князь, меня внимательно, — сказала она. — Покину я град на рассвете. А вместе со мной пойдут Горн-кузнец, Марфа-красавица, сказитель Свальд и богатырь Быстр.

Не тревожься, все, как один, они к тебе вернутся. Запомни главное: никто за нами следить не должен. Жди до трех седмиц, никого более во вражий стан не отправляй.

— А коли не вернутся? — спросил князь.

Ольга прямо глянула ему в глаза и произнесла уверенно и твердо:

— Тогда знай, что ничего у нас не сладилось, а раз так, то приказывай всем собираться, уводи людей из здешних мест, град с четырех сторон подожги. Навь преследовать не станет.

Тебе же главное народ сберечь. Будет народ, отстроится и новый город. А вокруг него и княжество возникнет сызнова.

Князь кивнул.

— Не отворачивайся более от богов своих да заветов предков, — продолжала Ольга. — Мало ли, где еще грань порвется. Не только по Калинову мосту Навь в Явь ходить может. Это у ворогов восточных да западных, вход в нее под землей схоронен, а у нас за горизонтом спрятался, а у кого — за лесом, рекой, полем. Случается, и сразу за порогом поджидает Подсолнечное царство Кощеево.

Поднял князь чару свою, воевода и Ольга за ним повторили; ударили боками так, что вино выплеснулось и смешалось; выпили. Ольга, правда, лишь пригубила, все равно никто того не заметил. Пожелал князь удачи ей, повелел пир прощальный готовить, трех бычков зарезать во славу богов старых, а черных людей гнать восвояси из княжества.

Первые звезды засияли, когда Ольга и воевода на крыльцо вышли.