Изгнанная. В поисках силы.

- Она перевела дыхание и продолжила: - Знаешь, а ведь у меня и не такой развитый дар, ведь я никогда не училась, и развивала его, как могла сама, но и это не малый вклад в эти земли. Муж мой умер лет пять назад и сыновья ушли все к повстанцам, я не смогла их оставить. Вот теперь я и живу на два лагеря, мирный и повстанцев. – Она мягко улыбнулась. - Но это я к чему, деточка, вижу ты еще очень молода - сколько тебе годков?

-Мне восемнадцать исполнилось пять месяцев назад. – Грустно сказала. Вспомнила, как мы семьей отмечали мой день рождения.

- Вот и я о чем. Ты знаешь, что когда они обрезают силу, маг долго не живет, можно сказать, что тебя наказали тяжелее всего. – На лице Асии отобразился целый спектр эмоций, гнев, забота и печаль. – Самый большой срок, который мы зафиксировали пятнадцать лет и то последние пять лет маг больше походил на умертвие. Я это тебе к чему, у нас легенда ходит именно в наших племенах, что в горах есть храм богов. Так вот, кто доберется до него, тот может исполнить одно свое желание.

Только вот добраться до него последнее тысячелетие никто не может. – Она грустно посмотрела на меня. – Так что тебе выбирать, либо остаться в поселении и завести семью родить детей, так многие делают, либо рискнуть всем. Пойми дитя, не могла я, не сказать тебе об этом. Чувствую я в тебе силу большую и боль и понимаю, что жить ты мирно скорее не сможешь. – Асия повернувшись, направилась на выход. Уже у выхода обернулась и сказала. – Я сейчас чайку запарю и вкусностей принесу, а пока все это делаю, мальчонка тебя отведет в палатку, там ты умыться сможешь, и переодеться, да на досуге подумаешь, что для тебя лучше. – И развернувшись, она ушла.

Тут же заскочил мальчонка, Кай его зовут, и, взяв меня за руку, повел в нужном направлении. Я оглянулась на Стешу: - Да не переживайте, тетя все с ним хорошо будет. Сейчас Мая придет и присмотрит. – И улыбнулся во весь свой щербатый рот. Настроение сразу поднялось, и я улыбнулась. А помывшись и переодевшись, так вообще подобрела.

Осталось только расчесаться, вот и гребень лежит, а как подумаю, что месяца два не расчесывалась, так страшно становится. Пошла так.

Как только зашла в хижину, знахарка, только окинув меня мимолетным взглядом, подала баночку с каким-то зельем и сказала. – Вот намажешь, сами распутаются. - И подала опять гребень. И правда только намазала, так они сразу такими послушными стали, будто я каждый день их расчесывала. Вот и прическа сделана, и чай разлит.