Варвара не-краса без длинной косы

А шагает девка, несмотря на размеры свои, что по земле пишет.

Даже зависть Варвару взяла. И не сразу она поняла, чего это к ней рука в перчатке кожаной тянется. Не здороваться ж, в конце концов.

— Отдай, — без обиняков, видя непонимание Варино, велела девка. Просив неё пары шагов не доходя. А у самой глаза холодные стали, что колодцы поутру.

— И тебе здравствовать, — неласково ей Варя ответила. Не привычная к обращению такому.

Моргнула незнакомая. Брови угольные над носом ровным сошлись. Рука от Вари убралась.

Сильно в кулак сжалась. Глядит Варя — а в ней уж меч торчит. Вверх пока что, не на неё смотрит. Поняла сразу Варвара — ненадолго это.

Вот чего она так делать с мечами не может? Так что пришлось просто стойку боевую занимать. Как умеет. Как не умеет, вернее.

Рассмешила она что ли противницу с мечом? Потому что глянула та на неё — внимательнее уж, с разумением. И меч с размаху в землю перед собой воткнула. Оперлась на него локтями крепкими. Отчего груди тяжёлые ворот костюма оттягивать стали.

Будто на зависть Варе.

Фыркнула та. Да яйцо на глазах у девушки в сумку опустила. У той аж чуть губы не прикусились. Да быстро она из расслабила.

— Ладно, недосуг мне с Лелей ругаться, — сказала. — Папеньки своего хватает...

А потом вдруг выпрямилась. И меч её исчез куда-то.

— Марья Моревна я, — представилась.

— Варвара, — ежели к Варе с радушием, то чего ей-то кочевряжиться?

— Так отдай мне, Варвара, яйцо, что в сумку заныкала.

— Просьба за просьбу, — не растерялась Варвара.

— Отдай душу суженого моего, да и забирай своё яйцо.

Хмыкнула Марья Моревна.

— А думаешь, просто это? Вот так взяла и отдала?

Пожала плечами Варвара. Да как бы между делом заметила:

— Так папенька твой поди душами такими и заведует. Его иголка-то в яйце притаилась. А ты — дочь его. Хоть и не любимая. Да умная, ход правильный знать должна.

Знала, конечно, Варвара все легенды старые о Марье Моревне. Что дочь она Яги Перуновны да Кощея Бессмертного. Мать-то её, когда понесла, Кощей воевать отправился.

Да помёр. Много сил тогда Яга приложила, что возлюбленного найти да воскресить. Да возлюбленный недоброй монетой ей отплатил — не нужна ему была уж любовь Яги. Богатство только страстно душу ему обуяло. Да и Яга, покуда его искала, оживляла — в старуху превратиться успела. Так и стала она Бабой Ягой. И дочку свою в ненависти к отцу вырастила. С тех пор и пытается Марья Моревна с ним поквитаться.

А теперь ей с Варей беседу держать приходится.