Белая Пташка

«Его бездонные глаза, словно колодцы с молниями, они страшат и манят. Сияют словно свечи во мраке».

Но выражение его лица тревогой кольнуло сердце. В нём Корнелия увидела жгучую тоску и…боль.

***

«Я всегда тоскую, когда что-то хорошее заканчивается».

Корнелия, моя милая, знала бы ты, как пророчески звучат эти слова. Кровь Алейнерис говорит в тебе, тысячи лет прошло, десятки её дочерей родились и погибли, пропали во мраке, послужив пищей Хозяину, но ты, ты Корнелия, истинная её дочь. Что это, если не магия? Верь я хоть немного в хорошее, решил бы, что Алейнерис приготовила тебя для меня.

Непостижимым образом сплела сеть колдовства и бросила Связь через века, чтобы ты родилась здесь, в это время…

Провожая взглядом мёртвую луну на небосклоне, я невольно возвращался к спальне моей суженой. Ничего необычного, но приятно было смотреть на неё, наблюдать, как она укладывается спать, как Ланайва причёсывает её волосы, мурлыча песню. И всё, как всегда, и я блаженно улыбался глупым мыслям, расслабился и получал удовольствие, но серая мышь, скользнувшая в спальню напротив, испортила видение, заставив вновь приняться за работу.

Проклиная всех на свете, кроме Корнелии, я с ужасом увидел, как Лили протягивай моей супруге спрятанный в мешочке предмет. Что в нём, я знал. Что будет дальше — тоже. Но, как мне всё это не понравилось! Ох, как не понравилось! Сплетая Связь, я распутывал клубок, сотканный этой дурой. Руки двигались сами собой, складываясь в нужные фигуры, и вот, рисунок новой дорожки, витка судьбы, уже передо мной.

Прокручивая эпизод за эпизодом, я скрипнул зубами. Проклятье.

Впрочем, вот и повод.

Прокрутил ещё раз, сравнивая и выбирая лучшее место, где стоит рубить.

— Ведагора!

— Да, господин? — старуха возникла на пороге комнаты, словно соткавшись из воздуха.

— Пошли верных к королю с запиской, пусть срочно соберёт Совет по вопросам предательства.

— Чьё имя мне указать?

— Лили, бывшая служанка принцессы, простолюдинка.

— Какую указать причину?

— Распутство и лжесвидетельство.

Впрочем, в этом веке распутства будет достаточно. Придержим вторую птичку напоследок.

Старуха поклонилась, а затем исчезла так же бесшумно, как и появилась.

А меня пронзил столб света.

Едва я остался один. Едва потянулся магией в спальню напротив. Едва коснулся ею Корнелии, как вспышка света ослепила меня, опрокинув и пригвоздив к полу.

Я уж и позабыл, каково это, чувствовать Истинную магию. Истинную магию Чтецов. Какова она, какова её сила.