Верволокские сказки. Книга 2. Обещания надо выполнять.

Соскребла ею остатки ягодной начинки со стенок мешка, и со вздохом вытянула ноги к огню.

— Гораций, спасибо. Ты настоящий друг, — с нежностью произнесла она.

— Я домовой, — Гораций зыркнул на нее исподлобья.

— Ты ужасно ворчливый, безумно занудный, откровенно невежливый домовой, — фыркнула Лена, — но я к тебе уже привыкла, — девушка с сожалением потрясла опустевшую фляжку, — давай свою кружку, я за водой схожу.

— Сиди уж, — Гораций съехал с бревна, и ловко выхватил у нее флягу, — сам схожу.

Вон темень-то какая. Еще заблудишься, непутевая.

Домовичок недовольно чихнул, и скрылся в зарослях.

В лесу действительно сгустились сумерки. Как-то быстро и незаметно. Наверное, и солнышко только краем земли коснулось, и вдруг раз! Темное небо, неясные тени, струящиеся между деревьями. Девушка передернула плечами, и подбросила веток в огонь.

Видимо, опять придется ночевать в лесу. Хорошо, хоть Гораций остался с ней, а то было бы совсем тоскливо. И страшно. Хоть домовой и не договаривает всего.

(Просто какой-то всеобщий Верволокский заскок, молчать как партизаны. «Пойди туда не знаю куда, принеси то, не знаю что, и скажи спасибо, что я тебе так много рассказал.») И все равно понятно, что за ней охотятся. Вот только охотятся как-то вяло и неубедительно. Просто какое-то неуважение к последней представительнице тринадцатого Рода Верволока.

Между деревьями что-то белело и двигалось, словно перетекая из одного положения в другое. Лена близоруко прищурилась.

Туман. Расплывчатые молочно-белые полосы, огибающие стволы деревьев. Девушка подбросила в огонь еще веток.

Значит, кому-то очень не нравится идея доставки «посылочки» Королю Грелту. Ну что ж, в конце-концов это их проблемы.

Краем глаза она заметила движение у костра.

— Гора-а-а… — взвизгнула и отскочила в сторону.

Это был не Гораций. На площадочку перед костром вполз плотный, почти осязаемый сгусток тумана, похожий на щупальце гигантского осьминога.

Немало не смущаясь наличием поблизости огня.

— Та-а-ак, — ошеломленно протянула Лена, — погреться приполз?

На палку, которой девушка попыталась его ткнуть, сгусток отреагировал так, как полагается обычному утреннему туману. То есть пропустил ее сквозь себя, не потеряв при этом ни формы, ни плотности. Вот только ему это очевидно не понравилось, и он принялся наступать на девушку с удвоенной скоростью. Язычки костра пугливо прижались к земле.