Верволокские сказки. Книга 2. Обещания надо выполнять.

Лешачок, находившийся ближе всего к ней, повернулся и незаметно показал язык. Он опять влез на пенек, от которого не отходил далеко, и хаотично помахал лапкой. Горсточка зеленых искорок сорвалась с его пальцев, и дорожкой разлеглась на земле. На манер огней на взлетном поле.

— Идите, — благосклонно покивал он братьям, — по огонькам. Вскоре дома-то и окажетесь.

— А во-о-олки? — неуверенно протянул второй.

— Идите, идите, — нетерпеливо махнул лешак, — я прослежу.

Рыжие братцы из Больших Выг нервно поклонились, и потопали по светящейся дорожке, все больше ускоряя шаги.

— Дикарские фокусы, — тихо, но отчетливо процедил Гораций.

— Сто-о-о?! — лешачок резко развернулся к домовому, зашепелявив от возмущения.

— Дикарские фокусы, — так же напористо и неприязненно процедил Гораций, вздыбив для наглядности бороду.

— Ах ты домашнюю-ю-юга! — с нехорошей лаской процедил зеленоглазый лешак, встопорщив шерстку на затылке. И сразу стал напоминать кота, повстречавшего собаку, — безде-е-ельничаете на всем готовеньком!

Ветви деревьев пригнул яростный порыв ветра.

— Брейк! — Лена бросилась между спорщиками, — а ну разошлись по разным углам… ну в смысле по разным краям поляны! Мир, дружба, шоколад! Миритесь немедленно!

— Чтобы я с каким-то лесным бродягой братался!— Стобы я да с барцуком-лоботрясом!И хором закончили:

— Ни за что!

— Во-о-от! Видите, по одному вопросу вы уже полностью согласны, — радостно протянула Лена, — ладно предлагаю перемирие.

Оба солидарно засопели, выражая свое общее несогласие с предложением девушки.

— Ладно, — Лена тряхнула головой, — отбрасывая назад волосы, — тогда просто пол-часика посидите без оскорблений и членовредительства, пока мы перекусим.

— Перекусим? — заинтересовался Лесь.

— Конечно! — Лена залихватски подмигнула нечистику, — ты же угостишь нас дарами жителей Больших Выг.

*****

— А в зиму помнится, был случай. Ванька — старшой, тот самый, кто топор себе на ногу уронил, морока моего забоявшись, — Лесь гордо приосанился, — в лес пошел, сухостой рубить.

Ну, мне чего, мне сухостою не жалко. Тем паче, что он хлебушка с собой прихватил краюху. Да в залежь-то и провалился, — лешачок сыто вздохнул, и разломил последнюю лепешку пополам. Подумал, и протянул большую Лене, в другую вгрызся сам острыми как у бобра передними зубами. Девушка разломила свою порцию пополам, и протянула Горацию. Тот гордо замотал головой, и презрительно отвернулся. Они так и сидели.