Заключительный

Но вместо того, чтобы сделать шаг назад, она качнулась вперед с легким вскриком и, уже падая в огонь, раскинула руки, и выглядело так, будто она стремится обнять пламя перед ней или надеется взлететь.

Варя бегала уже вокруг башни, ища что-нибудь, похожее на вход. И так и не находя ничего, она уже время от времени начинала бить кулачком по камню и звать, просить и умолять, толком ни к кому не обращаясь и не слишком-то рассчитывая, что отзовутся. И вот вдруг дверь явилась ей, правда, чтобы открыть её потребовались все Варины силы, но в итоге та всё-таки подалась, и Варя чуть ли не упала вовнутрь от неожиданности и оттого, что уже едва держали ноги, а она того и не замечала.

У Вари всё поплыло перед глазами, в ушах зазвенел гвалт голосов, а затем и закружилась какофония образов, сливаясь в калейдоскопе поначалу странных, а потом уже просто чересчур ярких и чересчур быстро сменяющихся явлений.

Потом уже она осознала, что из цветов вроде бы преобладает сине-зеленый самых всевозможных тонов от нежной пастели до глубоких, насыщенных оттенков.

А среди звуков выделялся чей-то голос, вроде бы зовущий ее и попеременно пытающийся в чем-то убедить.

Она уже почти начала понимать, что ей пытаются сказать, но тут волна запахов ударила в нос почти до тошноты и сразу до слёз.

Уже около часа назад над городом неестественно стремительно собрались невероятно низкие облака, люди испытывали едва ощутимую ноющую боль разной степени интенсивности. Те, у кого были проблемы с сердцем, страдали особенно. Варина бабушка в этот момент, прижимая руку к груди, осела на пол.

Она была в квартире одна, перебирала Варины вещи и ожидала приезда Вариных родителей, заодно с кем-то, кто уверял, что за пару часов найдёт девушку где угодно.

Вариной бабушке после нескольких мгновений, пока она сидела на полу, сделалось получше и она медленно опустила руку. Пальцы, к которым вернулась чувствительность, наткнулись на что-то, и она не вполне осознано подняла книгу, но рука у женщины дрогнула, и книга упала перед ней, раскрывшись на обложке с конца.

Надпись золотистыми чернилами от руки гласила: «Люблю тебя». Варина бабушка подняла взгляд от книги, заодно неловко пытаясь подняться на ноги, и с недоумением посмотрела на невесть откуда взявшуюся Варину подругу Веру, что с тонкой улыбкой на пронзительно ярких губах стояла в шаге от неё.

Все набирающие силу потоки ветра летали по городу в разных направлениях, кое-где закручиваясь в вихри, иногда заметные невооруженному взгляду.