Заключительный

Упал небесный всполох прямо в крышу черной башенки, к которой, собственно, и направлялся Дмитрий Ильич.

Башня как будто бы подросла, дверца в стене ее распахнулась, и оттуда вышла жена Дмитрия Ильича. Зинаида Ильинична показалась вся в крови и с ребенком на руках. Митя к ней бросился, а дядька Остап перекрестился. Затем Остап поднял голову к небу и пробурчал обреченно:

— Вот кем завершился, значит.

Глава 8 Цена ответов ни к чему

Подхваченное сознанием чувство завершённости привело вовсе не к завершению, Антон увидел, что кто-то еще приложил руку к сотворению того, что несло «огненную смерть».

Был некто причастный к этому, но косвенно, не напрямую, так это выглядело на уровне энергии, и Антон нашёл, как выцепить очередной образ, а по его следу за ним пришлось тянуться в очередное, не совсем уже незнакомое сознание.

Злость. До сводящего зубы экстаза ненависти. До невообразимого, все разрушающего отрицания. Прежде всего, себя самого. Сломать и извергнуться. Куда угодно. Миар встряхнулся.

В соответствии с установленными критериями, требовалось создать и воплотить подходящие инструменты самому.

А чтобы найти лучший инструмент для реализации задуманного, следует и собственной сутью обратиться к этому. Душой, сердцем, желательно и телом. Но тело Миар теперь берег. После некоторых экспериментов состояние здоровья заметно ухудшилось. И не все можно было подкорректировать магией. И не всегда. И не сразу. Так или иначе, теперь он старался не разрушать здоровье еще более, чем уже случилось. Впрочем, то касалось периодов. Тех, когда он был разумен. Однако увлекательная поначалу игра основательно измотала его. И он иной раз бывал не разумен.

Но не сейчас. Сейчас он скрупулёзно отслеживал все, что делал и чувствовал. Отлавливая приближение тумана в сознание, он останавливался и наводил порядок. Случалось, остановиться сразу было невозможно. Тогда, заступив за границы до требуемого ситуацией, он искал потом соответствующую компенсацию. И, вновь достигнув нужного потенциала, продолжал творить задуманное.

Так как ему требовался инструмент, который должен был действовать в неродном ему мире, для его создания он потянул ниточку неприкасаемого, не подлежащего использованию по гласным и негласным законам магии мира Олар. Но, осознав это, он не остановился. Вероятность, что сместившийся баланс восстановится самостоятельно, была огромна. В конце концов, и прежде него наверняка случались в Олар безумцы. И мир все еще жив.

Эта мысль не заставила Миара остановиться.