Ведущая на свет

Я! Помнишь?

Она сама выбрала свою судьбу, так ведь?

Теперь ни одна суккуба не продлит её агонию и не успеет выдернуть её из зубов исчадия ада. Но какой же запах… Сладкая птаха, вкусна-а-ая…

Демон жмурится от удовольствия, снова вдыхая запах серафимы, не обращая внимания на блеск голодных бесовских глаз.

Демонов собралось уже около трех десятков, и все они – почти парализованы. Страхом перед исчадием, странной энергетикой самой Агаты да и в принципе – неторопливым зрелищем, творящимся перед ними.

— Генри… — в голосе девчонки впервые звучит страх.

Еще бы – исчадие толчком морды уже опрокинуло её на землю. Страх – это самое правильное, что может испытывать такая как она рядом с ним.

Суккуба все-таки не выдерживает, она все-таки бросается на исчадие, метясь зубами в шею, но улетает в сторону от одного удара тяжелой лапы. Сшибает несколько демонов по пути, врезается в надгробие и, медленно копошась, пытается подняться. Слишком медленно, чтобы представлять хоть какую-то угрозу.

Исчадие снова опускает глаза.

Смотрит в бледное лицо девушки, лежащей на земле, разметавшей по ней волосы. Такая красивая... С нежным абрисом лица… Такую жертву и употребить будет в удовольствие.

Он склоняет морду к её горлу, в последний раз вдыхая сладкий запах. Одно движение зубами — и её вкус потечет по его жилам. Вечно оттягивать этот момент невозможно, пора уже, пора…

Теплые ладони девчонки скользят по мощной шее исчадия. Обниматься с хищником перед тем, как он тебя сожрет – это особый вид извращения?

— Генри, ты справишься с этим, — горячо шепчет девчонка, подтягиваясь к уху исчадия, — я в тебя верю…

Ох, Небеса, она это серьезно? Лучше бы она помалкивала.

..

Она в него верит.

Какой же бред…

Исчадие возмущенно встряхивает головой, будто пытаясь что-то с неё стряхнуть. Руки девчонки, например. Потому что внезапно оказывается, что запускать клыки в горло человека, что обнимает тебя и будто сам выгибается к твоей пасти – не так и заманчиво, как казалось еще минуту назад.

Нужно настроиться.

Вон уже и отродья недовольно порыкивают, непонимая, чего это он медлит – девчонка же уже у него в зубах почти…

Запах.

Все началось с него. На нем и нужно сосредоточиться. Вот этот запах, сильный, заманчивый. Тот, который эта безмозглая девчонка никак не додумывается спрятать…

Теплый запах, в котором легко различаются нотки верескового меда.

Запах Агаты…

Той, что он еще час назад целовал и пытался оттеснить в сторону спальни, отчаянно наслаждаясь её безрассудным доверием.