Долина смотрящих. Книга третья: Бездна.

-И всё-таки, давайте подарим что-то более праздничное! Ну, я не знаю, ну хоть отрез шёлка...

-Шёлк надо было дарить раньше, может, Иррайс сшила бы из него платье... –Неуверенно вставила я.

-Нет, милая, не сшила бы. Оборотни очень берегут традиции своего народа, выходить замуж девушка должна в сотканном своими руками и своими же руками украшенном вышивкой льняном платье. Каждый стежок, каждый символ вышивки, цвет - всё является оберегами будущей семьи. Они очень консервативны в этих вопросах.

-Что же подарить им тогда? –Ломая руки воскликнула Флёр.

-Как - что? Тебе же сказали: прялку.

-Ну подождите. Давайте придумаем ещё что-то. Давайте к прялке приложим ещё небольшую шкатулку с какими-нибудь драгоценностями. О! Давайте на лопать повесим нитку морского жемчуга, а? Или золотые височные кольца. Они же носят такие штуки, я видела! Оглин нам сделает, я думаю... –Меня понесло. За всю мою жизнь у меня было очень мало возможности порадовать кого-либо подарком, и теперь я чувствовала себя совершенно счастливой.

Дарить что-то от всего сердца - это же так здорово!

Моё предложение было встречено с энтузиазмом, и мы сошлись на том, что завтра же пойдём заказывать Оглину украшения для Иррайс. На том и порешили.

Перед сном, мы по обыкновению вышли прогуляться. Спрятавшееся за крышами солнце ещё слабо подсвечивало плывущие по небу небольшие облака, принимавшие формы то пушистых овечек, то упитанных пони, то щенков... Мы шли, любуясь замирающими улицами, утопающими в цветах домиками с теплящимися ровным светом окнами.

Такими милыми и родными, что хотелось обнимать стены и шептать всякие глупости, искренне веря, что они слышат...

Когда мы вернулись к дому, Флёр попрощалась и, обменявшись с отцом поцелуями, пошла в свою комнату. Мы же вышли в сад и сели на скамейку перед прудом, любуясь уютно устроившимися на ночлег лебедями. Юждан гладил мою ладонь, и я отвечала. Игра эта могла продолжаться очень долго: его пальцы скользили по моим, по ладони, по тыльной стороне.

.. Я явно ощущала, какое удовольствие ему доставляют эти простые прикосновения. Теперь, когда он в полной мере стал тем, кем он был в самой глубине своей души - живым существом, что-то изменилось в его восприятии. Я не знала точно, что именно, но чувствовала, что его кожа стала воспринимать мои ласки совсем не так, как раньше. Движимая своей любовью, я коснулась его лица ладонью.