Мироплеты

Околесица… Другое дело, что с околесицей, в которую невозможно поверить, последнее время у Троя сложились особенные отношения...

Во что вообще он верил, если разобраться? Нет, лучше спросить не так... Кому он верил в этом сложном мире? Чьим словам доверял в тех капитальных вопросах, для которых у него не было пока собственного суждения? Чей голос делал мир проще и понятнее? Ну, что тут думать... Трой верил своим близким. Верил всю свою жизнь, и за все эти годы они подвели его лишь однажды. Конкретно, две недели назад, когда сообщили ему, что теперь его мир должен сделаться совсем другим.

Каким именно? До чертиков странным и настолько смахивающим на околесицу, что, пожалуй, только какой-нибудь чокнутый дядюшка этот мир и мог состряпать...

Похоже, Трою оставалось лишь одно – верить исключительно тому, что видят его собственные глаза, а к остальному, кто бы что ни говорил, относиться с осторожностью. Иначе так с ума сойти можно. В конце концов, в том мире, который представал его взору, все пока было по-прежнему, все находилось на привычных местах.

В таком мире можно было жить... и очень не хотелось умирать без особой надобности... Как там давеча сказала Робин? Все такое настоящее...

Трой вытащил хаси из оставленного Бреннером футляра и повертел их в руках. Поколотил ими об стол. Деревяшки как деревяшки. Ничего подозрительного. Ничего потустороннего. Запах тоже вполне обыкновенный. Древесный... Лизнуть еще, что ли? Да ну их в пень! Мальчик хотел стукнуть одной палочкой о другую и не сумел.

Промахнулся. Нет, не промахнулся... Вот черт... Трой замедлил движения. На его глазах правая палочка, которую он пытался пристроить к той, что держал в левом кулаке, прошла сквозь нее, как сквозь воздух. Словно второй палочки и не было вовсе. И снова. И снова. И наизворот. И в другом месте... Так! Трой швырнул палочки в футляр, а футляр засунул в карман куртки. Поднялся на слегка подгибающиеся ноги. Что ж... Собственным глазам он обещал верить. Нужно держать слово... В сущности, так даже лучше! Слушать и думать о невозможных вещах ему стало почти невмоготу. Уж легче иметь с ними дело...

Глава 3

– Стэнли, так не годится! Ты весь вечер собираешься провести у окна? – бабушка Троя сидела в своем кресле и подслеповато щурилась на хозяина дома, который, и точно, в рассеянности пройдясь по гостиной, в несчетный раз застыл возле тонкой льняной занавески. Отодвинув ее на дюйм, он нестройно притоптывал башмаком и всматривался в густые, как деготь, потемки.