Санклиты 4. Ангел Жизни

Видимо, опять будем терпеливо ждать, когда этой тайне придет время раскрыться.

Еще было оригами. Кораблик из голубой бумаги. Незнакомец положил его край кровати. А потом повернулся и посмотрел прямо в мои глаза. Словно видел меня. Но об этом думать нельзя. Все вокруг и так перенасыщено ужасом, не хочу добавлять еще и свой страх. Лучше поищу оригами – уверена, что кораблик оставлен для меня.

А вот и бумажный уголок торчит – он просто завалился между кроватью и тумбочкой. Я вытащила его и вновь удивилась, насколько реалистично выглядит безделушка.

Этот кораблик не имел ничего общего с теми, что мы с Глебом в детстве отправляли в плавание по весенним ручейкам. Оригами больше походило на современную дорогущую яхту, настолько искусно сделанную, что сложно было поверить в то, что она бумажная.

Если это послание, то что оно значит? И кто отправитель? Похоже, опять придется смиренно ждать. Ладно, нам не привыкать! Я сунула кораблик в карман пальто и тут же с подачи вибрисс уловила тонкую дрожащую ниточку, которая потянула меня за собой.

Осуждающе, на всякий случай, посмотрев на Горана и Данилу, буравящих друг друга злыми взглядами, мисс Хайд вышла из дома Гаспара на улицу.

– Саяна, ты что-то ищешь? – спросил Хан и взял меня за руку, заставив Драгана раздраженно зашипеть.

– Тихо! Не мешайте оба! – отмахнулась я, пытаясь уловить ниточку, что истончалась все сильнее с каждой секундой.

Вибриссы послушно напряглись и повели меня за угол дома, мимо дубов – великанов.

Он сидел во внутреннем дворе, на качелях.

Лежащие на коленях руки были в запекшейся крови, голова все так же подбородком упиралась в грудь. Ветер тихо перебирал русые волосы на затылке, словно хотел помочь, но не знал, как.

– Это же Игорь, охранник! – потрясенно выдохнул Охотник. – Так это он?..

Нет, хотелось ответить мне, чтобы память невиновного парня не была запятнана убийством, но прикусила язык. Последствия такой откровенности непредсказуемы. Прости, Игорь, пока я не могу позволить себе такую роскошь, как честность.

Придется подождать.

– Что с тобой? – Данила приподнял голову жертвы Баала.

Рот тоже в крови. Пустые глаза, мутно-белесые, как у покойника. Не зря говорят, что глаза – зеркало души. Которая уже ушла из тела парня.

– Он мертв. – прошептала я. По лицу потекли слезы.

– Что здесь происходит? – раздался сзади знакомый голос.

– Это у вас надо спросить! – рявкнула мисс Хайд, обернувшись к Аристарху лицом.