Королевство Праха и Костей

Он пометил меня, словно скотину, вещь! Невидимым клеймом, магической печатью, вплавленной в кожу и плоть. Даже не спросив на то согласия!

Вскинув голову, я процедила сквозь зубы:

- Вы не имеете права... С чего вы взяли, что я соглашусь лицедействовать?

Николас вновь стиснул пальцами мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. Синяя радужка пылала гневом и странной горечью.

- Права? - прорычал он, обдавая лицо жарким дыханием. - Я имею на тебя все права, Адель. Ты сама дала их, тогда, в библиотеке!

Лицо загорелось от стыда и негодования.

Он смеет намекать на тот ужасный миг слабости, когда моя сущность акайры на краткий миг возобладала? Подлость!

- Вы... вы чудовище, - выдавила я, борясь с подступающей тошнотой. - Воспользовались моей беспомощностью, опоили своей грязной магией. Будь я в здравом уме - никогда бы...

- Довольно! - рявкнул Николас. Его глаза сверкали расплавленной яростью. - Хватит лгать, Адель. Ты сама жаждала подчиниться, признайся! Тебе ведь понравилось!

Он грубо притянул меня к себе, впечатывая в твердую грудь.

Исходящая от него темная аура затопила, погружая сознание в багровый туман. Та самая сила, что когда-то одурманила меня в библиотеке, вновь накрыла с головой. Ужасала, притягивала, вызывала целый спектр противоречивых эмоций.

Мысли путались, разум цеплялся за обрывки здравого смысла, но тело предавало. Кожа горела, в низу живота разгоралось болезненно-сладкое томление. Тугой клубок желания распускался внутри, опутывая нервы и вены удушливой паутиной.

Из последних сил я уперлась ладонями Николасу в грудь, пытаясь отстраниться. Прохрипела непослушными губами:

- Пустите... Вы заблуждаетесь на мой счет. Умоляю, хватит! Я не стану вашей вещью!

На миг в ледяных глазах мага промелькнуло какое-то странное выражение. Смятение, вина, сомнение? Но в следующий миг лицо вновь ожесточилось. С брезгливой ухмылкой он отстранился, напоследок смерив меня тяжелым взглядом.

- Поздно, Адель, - процедил он. - Ты уже моя…вещь, хочешь того или нет. Клеймо на твоей щеке - символ моей власти.

От меня не сбежать, не скрыться. Смирись!

Его губы исказила жестокая усмешка. Пальцы сильнее стиснули мой подбородок. Скользнули по губам.

- И да, начиная с этого дня ты будешь обращаться ко мне по имени. Просто - Николас. Так будет... правильнее. Ближе. В конце концов, нас теперь связывают узы куда крепче.

Эти слова повисли в воздухе - гнетущие, полные скрытого подтекста. Заставляющие содрогаться от ужаса и негодования.