Сказки Волчьего полуострова. Король на площади

Промахнулся! Не хочешь помочь мне, добрая дама художница?

— Не имею ни малейшего желания, — подтвердила я, возвращая камину его кочергу. — Ты…

Но Кароль вновь вскинул руку, призывая к молчанию, и невероятно быстро метнулся вперед, кончиками пальцев погасив свечу на столе. Я ослепла, зато очень ясно услышала звук торопливых шагов, стихших возле самого дома.

— Куда он делся?!

— Амулет вел сюда…

— Эта твоя дешевая побрякушка!..

— Ну не улетел же он!

— Давайте рысью — один налево, второй направо, я прямо. Встретимся на перекрестке!

Топот стих.

Лишь плотно закрыв окно и ставни, я зажгла свечу вновь. Молча уставилась на незваного гостя: тот показательно охнул, хватаясь за окровавленный бок. Но я не намеревалась его жалеть — раз уж он, раненый, сумел взобраться на второй этаж, то явно не собирается моментально отойти в мир иной. Я продолжала бесстрастно смотреть на Кароля. Он завилял по комнате взглядом и сказал неожиданно:

— Не хочешь ли одеться?

— Ах, простите, мой король, я оскорбила вашу стыдливость? Дело в том, что я никак не могла ожидать столь высокого визита!

Впрочем, ночная рубашка и чепец и впрямь не лучшее одеяние для гневных речей.

Я ограничилась тем, что набросила шаль и скрестила на груди руки.

— Так в чем дело?

— Я ранен!

— Но я-то здесь при чем?

— Эмма! — шепотом возопил Кароль. — Прояви же наконец человеческое и женское сострадание! Хочешь, чтобы я умер здесь, у твоих ног?!

— Прекрасная, кстати, смерть! — хладнокровно заметила я. — Но действительно ни к чему, чтобы ты истек здесь кровью — она очень плохо отмывается.

Кароль издал странный звук: задавленный стон-смешок. Рана, как я и думала, оказалась несерьезной, хоть и очень кровавой. Пришлось извести несколько полотенец, прежде чем кровь остановилась. Попутно я убедилась, что Кароль уже не раз попадал в подобные передряги: на теле его имелось достаточно тому подтверждений. Он с сомнением понюхал укрепляющую настойку дамы Грильды. Одолев чашку одним глотком, потряс головой и осторожно выдохнул, словно опасаясь, что от его дыхания вспыхнет пламя.

Расположился на полу поудобнее, я бы даже сказала — вальяжно, — обхватив согнутое колено руками и привалившись к стене. Улыбнулся одной из самых своих лучших улыбок. Я опустилась в кресло напротив.

— Я жду объяснений!

— Меня ранили, — поведал Кароль с пола.

— Я это уже заметила. Кто?

— Они не представились. Может, не успели? Я покинул их с неучтивой поспешностью.

— Почему на тебя напали?

— Наверняка хотели ограбить.