Стражевый компас

— Огнестрел?! Откуда?

Перевёл внимание на валявшегося парня, и чтобы не пропустить ни одной детали, медленно направился к нему. Огнестрел валялся недалеко. Значит, его. Откуда у этого молокососа такое опасное оружие, запрещённое в свободном ношении и каждое на жёстком учёте.

Пришёл к выводу, что Баркли не ожидал такого исхода и не успел в полную мощь сконцентрировать эфир. Но и преступнику не хило досталось от Элая.

Вызвал Деберга, пусть поработает с этим мальцом и всё про него разузнает.

По телу пробежала дрожь.

Где-то рядом находился проводник. Белый ворон порхал недалеко и ждал… Только чего? Инициации ведь не было или…?

Обернулся, но никого не заметил. Так, надо срочно узнать, что здесь произошло.

Ребята Деберга прибыли быстро и забрали подозрительного незнакомца с огнестрелом.

Элая и девчонку в лазарет не повезли. Баркли из-за эфира, Стужеву из-за ненадобности. В контору тоже нельзя, возникнет много вопросов. Остался особняк Баркли. С Ратисом затащили Элая и девчонку в спальню. Стром остался дежурить до полной стабилизации Баркли.

Девушка пришла в себя на следующий день, восстанавливалась успокоительным и общеукрепляющим. Через три дня Ратис оставил лечение на Стужеву. Он с полной уверенностью сообщил, что потоки Баркли стабилизированы, придёт в себя скоро и делать ему здесь больше нечего.

Ивану я не о чём пока не спрашивал.

Глава 17. Кома

Голоса незнакомых парней доносилась как будто издалека, но среди всей какофонии звуков выделялись озабоченные фразы Варда, встревоженные Ратиса.

И…Деберга? Многочисленные шаги слышались с разных сторон. Кто-то подошёл. Повернуться, открыть глаза, но не смог. Тело не слушалось. В груди нестерпимо жгло. Закричал от боли, но услышал сдавленный стон. Отключился, тишина свидетельница.

Знакомый шёпот вернул в реальность. Померещилось?

— Возвращайся, Элай. Мне так тебя не хватает, — тёплое дыхание возле шеи, прохладные ладони на моём лице. Чувствую, как её тонкие пальцы не спеша перебирают волосы. Спокойно и хорошо.

Просыпаться не хотелось. Одно желание — остаться в этом сне, как можно дольше. Вдвоём. Навсегда.

Осторожно встала с кровати. И где только что была она, стало болезненно холодно. Словно услышав мои мысли, накрыла тяжёлым одеялом.

Скрипнула дверь. Ушла. Тревога застучала внутри. А что, если проводник увёл её в далёкий Агилон и Девочка — Стужа не будет больше смотреть на меня зелёными глазами.

Догнать, остановить, но безвольное тело не подчинялось.